– Да что ж такое? Вокруг какие-то молодайки крутятся! Пошли-вон-все! – прошипела про себя Марго, понятия не имея, что нужный ажиотаж обеспечивали подговоренные Светой две её коллеги-актрисы и три костюмерши.
Харизма измученного бездомной жизнью Эдуарда Викторовича, блестяще сыгравшего нужную роль, старания дружественной актёрско-костюмерной массовки и самой Светланы, накрепко застолбили в сознании Маргариты Петровны непреложную истину – его надо ценить изо всех сил, потому как он нарасхват. Если что, моргнуть не успеешь, уведут!
Уже через несколько дней «ценный приз» уехал в отдельную и ухоженную квартиру Маргариты Петровны. Её знакомые и соседки едва не скoнчaлись от немого изумления и, местами зависти, а она сама – немыслимое дело, занялась приготовлением диетических, но вкусных блюд – надо же было протаптывать путь к сердцу такого удивительно роскошного мужчины!
И всё это имело вполне далекоидущие последствия…
***
Бывают люди энергичные, которые делают всё так, что у них «дело в руках горит», а бывают такие, что у них всё аж полыхает – так им хочется доказать, что они справляются с любой работой лучше, чем весь мир вместе взятый и на три помноженный.
Именно из этой серии и была Марианна Ивановна – исполнительная соседка Евгения Миронова.
Он с чистой совестью мог уезжать по делам, зная, что животные у него будут ухожены, накормлены, вычесаны, развлечены – идеальная зооняня!
Одна проблема – не давали покоя Марианне Ивановне лавры Макаренко!
Нет-нет, алабай Хан и овчар Гранд были вполне управляемы, да и побаивалась Марианна Ивановна их как-то переучивать – очень уж крупненькие пёсики, а вот мелкая Манюня вызывала у неё крайнее желание всё изменить.
– Что это за собака такая, которая на улицу ходит на руках у Евгения, да по большим праздникам, а? – возмущалась она. – Собака ДОЛЖНА гулять.
Почему её не смущали при этом кошки, которые могут в день проходить ничуть не меньше собак, и окружающей средой интересуются даже больше – сие неведомая загадка.
Не подходила и версия о том, что Марианна Ивановна страдала из-за замкнутой жизни собаки – территория, доступная Манюне для жизни, если прикинуть, была побольше, чем у многих территория под названием «три кустика», вокруг которых их и выгуливают.
И общения у Манюни было более чем достаточно!
А вот чего ей не хватало, так это уверенности в том, что это вот всё теперь навсегда – очень уж хорошо тойка помнила свою предыдущую жизнь.
Но Марианна Ивановна упорно рвалась осчастливить мелкую псинку, представляя, как изумится и обрадуется Евгений, увидев, что она, лучшая зооаринародионовна в мире, приручила его капризулю лучше, чем бы это мог сделать он сам.
Лучшее – однозначно враг хорошего!
С упорством, достойным лучшего применения, Марианна Ивановна старалась вытащить Манюню на прогулку!
– Собакам надо гулять! Иначе… вон она какая истеричная стала, это ж вообще! И кому сказать, собак не гуляет! Смех, да и только. Какие ещё пелёнки и лотки! Всё надо делать на улице! А то придумал этот ваш хозяин не пойми – не разбери что!
Каким-то непонятным образом Марианна Ивановна упорно пропускала мимо ушей рассказы Евгения о том, что у прошлых-то хозяев с Манюней как раз гуляли – надо же было похвастаться игрушечной псинкой перед знакомыми.
Впрочем, именно так же она не уловила того факта, что истерик у собаки, после того как она почти год назад попала к Миронову, стало несоизмеримо меньше, и теперь её даже можно уговорить погулять на руках у Евгения.
Всё это было неважными, несущественными деталями. Главное было то, что Марианна Ивановна знала – у неё ВСЁ получится!
– Надо только Маньку вовремя поймать! Она же прячется так, что непонятно, где её искать! Забьётся куда-то и ищи-свищи! – бормотала целеустремлённая Мироновская соседка.
Её сильно задевал тот факт, что, когда она собиралась выводить на улицу Хана и Гранда, Манюня исчезала, растворяясь на просторах квартиры, как утренний туман.
– А когда я прихожу кормить, эта лиса тут как тут! Ну, да ладно, я её перехитрю!
Инструкции Евгения Миронова о том, что Манюню надо только кормить, убирать за ней и гладить, если она подойдет сама, Марианна Ивановна выкинула из головы как нечто совершенно неразумное – понятно же, что это глупость!
– Видали мы этаких мелких собачонок, которых держат дома. И что это? Собака? Фигня это! – весь опыт общения с подобными собаками сводился к померанскому шпицу сватьи.
Короче говоря, Марианна Ивановна поставила себе цель достигнуть успеха в вопросе приручения Манюни к выгулу и решительно двигалась к ней.
– Ах ты, мелкая пакостница! Опять смылась! – возмущалась она, привычно не обнаружив третью боевую единицу в очереди на прогулку у входной двери. – Ладно! Ты меня достала. Я сейчас этих выгуляю и за тобой вернусь. Ты же всё равно выйдешь поесть!
