Эта фраза лучше часовых клятв и уверений доказала Игорю Игоревичу истину – Жене тут ловить нечего!
И тут же подмосковные сумерки заиграли яркими красками – наверное из-за подсветки фонарей… Из-за чего же ещё?
Опять начал гудеть уставший от домогательств его семейки смартфон, и Игорь, покосившись на Свету, решился:
– Да, слушаю? – голос сестры ввинтился в ухо и, казалось, без малейших усилий вышел из другого…
– Гуся! Почему ты трубку не берешь? В офисе тебя нет, сказали, что ты уехал! А трубку не берешь, мы же с мамой волнуемся!
Игорь только что не зарычал!
– Я тебе запретил меня так называть!
– Игусь, ну что ты в самом-то деле! – фыркнула сестрица, – Злой такой. Небось, не обедал? Ты заедь в магазин и купи…
– Сама выйди и купи, что тебе там надо! Я на работе!
– Ой, мам, он опять! Гусечка, ты снова задерживаешься?
– Дядя Гусик задерживается, да? Тогда я ещё поиграю на его компе! – заявила племянница.
– Ира, дай мне трубку! – потребовал звучный голос матери. – Игорёк, ты совсем себя не бережёшь! Почему ты не даёшь мне поговорить с твоим начальством? Трудовой Кодекс…
– Потому, мам, что мы с тобой всё обсудили! Я занят! И не звоните мне! Нет, не только сейчас, а вообще никогда! – рыкнул он, отключил смартфон и разъяренным вепрем развернулся к Светлане.
– Если ты кому-то скажешь…
– Ни-ни… могу письменно поклясться! – в Светиных глаза прыгали смешинки, но физиономия была исключительно серьёзна – не придраться. – И да… хочешь я открою тебе страшную тайну?
– Нет! – Палашову вообще никаких баб, в смысле женщин, видеть не хотелось! И тайны их знать, и вообще…
– Нет уж! Хочешь-не хочешь, а придётся! Я ж дозрела… что мне, дозревшую тайну в себе держать, что ли? – рассудительно объяснила Света. – У меня есть тётка, между нами, абсолютно невыносимая, которая меня до сих пор называет Пунька.
– Как? – изумился Палашов, только что решивший молчать как рыба об лёд.
– Пунька, – вздохнула Света, – Ну Светлана-Света-Светунька-Тунька-Пунька… не, тётя нормальная, но с приветом! Нормальная, потому что врач – их там проверяют регулярно, а с приветом… ну, как можно выстроить такую цепочку, а?
– Так же, как из Игоря сделать… ну ты слышала что! – буркнул Палашов. – Ладно… Пунька… сочувствую! – вздохнул он.
– И я тебе! – понимающе кивнула Света, продолжая о чём-то щебетать.
Вроде как ни о чём серьёзном они больше и не говорили, а к концу поездки в организме Палашова образовалось совершенно превосходное настроение – прямо удивительно!
И вот он, в компании Светланы Патрушевой и своего дивного настроя, пришел к начальству и уставился на особу, которая вольготно расположилась в кресле около стола Хака… В кресле сидела ещё одна Светлана Патрушева!
Светлана, как человек привычный, даже не удивилась… Впрочем, нет, не совсем. Удивиться ей пришлось, но только саму капельку – когда она разглядела, что её образ примерил…
– Какой талантливый парень! – решила она.
– Светлана Михайловна, присаживайтесь! Надеюсь, вы не очень устали за сегодняшний день?
– Нет-нет, я в полном порядке! – заверила Хака Светлана.
– Игорь Игоревич, в ногах правды нет, садись уже! – велел ему Кирилл Харитонович, явно посмеиваясь над замом. – Как тебе наш Котиков в гриме?
– Грррмм… блестяще! Надеюсь, это не войдёт у него в привычку… – пробурчал Палашов.
– Нет-нет, это только на данное задание – не люблю каблуки и женскую одежду, – доверительно объяснил ему Шурик Котиков по прозвищу Котик. – Не моё это!
– И на том, как говорится, спасибо! – как бы про себя выдал Палашов. – Я так понимаю, будем ловить на живца?
– Именно так! – кивнул Хантеров, – Светлана, вы же уже поняли, кто это вас так нежно «любит»?
– Конечно, Илона.
– Именно. А причина?
– Да, вот причину я никак не могу понять! – удивился непосредственный Котик.
– Зависть, – невесело откликнулась Света, а, увидев непонимание на лице, так похожем на её, объяснила: – Не надо это недооценивать.
– Совсем современные девицы с ума посходили, – проворчал Палашов.
Но Света покачала головой.
– Это всегда было. Даже в русских сказках. Например, сказка о волшебной дудочке – там сестры убивают младшую из-за того, что ей подарили золотое блюдечко да наливное яблочко, которые мир показывали. Убили, закопали, а дома наврали, что мол, заблудилась сестра… А в другой версии, там и вовсе сестра сестру убила из-за того, что первая больше ягод набрала – ей в награду сундук с нарядами полагался. Да много такого было. И не только в наших сказках, то есть это не такое уж и редкое явление.
– Да, Светлана, вы правы. Зависть недооценивать нельзя – страшная сила. А Илону, видимо, окончательно подкосил визит на площадку Евгения Миронова. Он же к вам прибыл, верно?
– Верно… она потом у меня всё пыталась вызнать, подробности наших отношений. Разумеется, мне не поверила, оскорбилась, начала раздувать «апочемунея-почемунемне», вот и сорвало у неё крышу.
– Да там вовсю сквозняки свищут! Это ж надо, какие фортели устраивать – будь там склон покруче, я бы ничего не успел сделать! – проворчал Палашов.
