– Хорошо, как скажешь, зайчонок!
И она положила трубку. Меня от этого прозвища опять перекосило. Я шумно выдохнула.
– Кать, хочешь, вместе зайдем?
– Если хочешь, зайдем вместе. Тем более, что Людмила вот просила в неё водой плеснуть.
– Что? – он неожиданно расхохотался, – Кать, неужели, правда, плеснешь?
– Ой, ты меня плохо знаешь! С превеликим моим удовольствием плесну!
– Ну, от такого зрелища я точно не готов отказаться. Решено, вместе идём! – продолжал веселиться Михаил.
Галина-Элина жила в новом доме. Я всё гадала, как Миша будет заезжать в подъезд на своей самоходке. Оказалось, всё просто. Перед домом был шлагбаум, территория самого дома была за забором. Ух, ты! Я и не знала, что многоквартирные дома тоже могут быть за забором. Перед шлагбаумом мы остановились, и Михаил нажал на пульте кнопку на открывание. Увидев мой взгляд, пояснил:
– Да, у меня есть ключи от её дома. Сейчас вот и избавлюсь от ненужной вещи!
Двери в подъезд разъехались в разные стороны, после того, как он набрал код на пульте управления у подъезда. Ни перед подъездом, ни в подъезде лестниц не было. Поэтому моя помощь ему нигде не понадобилась. Лифт был большим, с зеркалом до пола. Миша нажал кнопку этажа. Ага, 9-й, последний.
– У неё последний этаж. Пентхаус, – подтвердил он мои мысли.
Я, как нормальная женщина, увидев своё отражение, полезла в сумку за расческой и за помадой. Зная Галину, была уверена,что уж она-то сейчас будет во всеоружии. При полной боевой раскраске и в шикарном наряде. Она же и подумать не может, что Миша сейчас не один к ней приедет. А я критично осмотрела себя с головы до ног и глубоко выдохнула. Я только сейчас поняла, что на встречу с соперницей еду в том же, в чём была на работе. М-да…
– Кать, ты волнуешься что ли? Не смей! Ты у меня самая красивая и желанная. Ей никогда не подняться до твоего уровня.
Оказывается, он сидел и наблюдал за мной.
– Спасибо, мой хороший, – я благодарно ему улыбнулась.
Чёрт, да что ж я так волнуюсь?
Лифт звякнул, сообщая о прибытии. Двери его разъехались, и мы вышли в холл этажа. Пахло цветами. У каждой двери стояла шикарная напольная ваза с искусственными, правда, цветами. Но смотрелись они шикарно. Здесь было всего две двери, к одной из них Миша и направил свою самоходку.
Он нажал на звонок, за дверью послышалась трель и томный голос Элины:
– Зайчонок, заходи. Открыто!
Перед тем, как открыть дверь её квартиры, он шепнул мне:
– Кать, я люблю тебя!
И не дав мне опомниться, открыл её дверь и поехал в квартиру. Я вздохнула и пошла следом. В квартире на полу лежала мраморная глянцевая плитка. "Интересно, ей не холодно от этого напольного блеска?" – мелькнула вдруг у меня мысль.
Элина встречала Михаила в одежде школьницы. Белая рубашка, красная клетчатая юбочка в складочку. И всё было бы красиво и невинно, но! Белая просвечивающая рубашка была завязана узлом под её большой грудью. Соски просвечивали и выпирали, натягивая и так тонкую ткань. Юбочка была длиной, что называется, до первого волоса, держалась на бёдрах и открывала аппетитный животик и золотую сережку в пупке. Она призывно оттопыривалась на красивой попке Элины и заканчивалась раньше, чем начиналось кружево чулочков. Туфли были на платформе и таком высоком каблуке, что было не понятно, как она в них ходит то вообще.
– Зайчонок, неужели ты, наконец, уговорил Катюшу к нам присоединиться? – проговорила Элина томно и направилась в мою сторону, призывно покачивая бедрами, – надоели девочки мамы Зои? Мрачновато, конечно, она одета. Но, Зайчонок, ты же знаешь, я готова выполнить любой твой каприз!
– Миш, что происходит? – я смотрела на него и не верила своим ушам.
– Кать, не слушай её! – он подъехал и встал между мной и Элиной.
– Правильно, Кать, не слушай меня. А то опять грохнешься в обморок, как тогда, в примерочной. Хорошо, что ножки у тебя короткие, не видны были из-за шторки. А то увидела бы тебя эта дурочка продавщица раньше времени, и я бы без шикарного нижнего белья осталась на свою новую грудь.
Элина начала наглаживать свои соски.
– Зайчонок, посмотри, какая у меня теперь шикарная грудь! – она наклонилась и, взяв его руку, потянула её к своим силиконовым сиськам, – хочешь погладить мою шикарную грудь?
И тут я и сама не поняла, как я обошла Михаила, открыла бутылку с водой, и, набрав полный рот и сжав губы, выдула эту воду на Элину. Вполне себе хороший душ получился. Она от неожиданности заморгала глазами и пару раз открыла и закрыла рот.
– Кать, ты, всё-таки, сделала это! – рассмеялся Михаил.
– А нечего тут моего мужчину соблазнять!
– Да ты охренела совсем! – заверещала Элина, – идиотка!
В ответ на это я молча подошла к журнальному столику, на котором стояли фрукты, бутылка вина и два бокала. Подготовилась, дамочка, однако. Я вылила оставшуюся в бутылке воду в бокал, и уже из него выплеснула её на Элину. Она от неожиданности замолчала.
– Успокоилась? – усмехнулась я.
Элина смотрела на меня и только хватала ртом воздух.
– Где те вещи, что Миша должен забрать у тебя?
– Кать, я уже взял, – у него на коленях лежал альбом.
