«Ах! Как было бы здорово, если всё случилось бы по — настоящему!» — с грустью подумала Настя и легонько оттолкнула Олега ладошкой, давая понять, что им пора.
Волоцкий послушался, они продолжили путь и уже через несколько минут были на берегу.
— А как ты думаешь, чего хотела от рака эта Муся? — спросила она, понимая, что уж будь у неё самой такой шанс, знала бы, что из несбыточного и совершенно невозможного пожелала бы теперь.
— Точно не знаю, но явно то, что можно достать, купить, сделать, сотворить, приложив чуть-чуть собственных усилий, времени и средств. Фантазии и мечты — удел романтиков, а не меркантильных обывательниц. Вот он и завис, как Windows, — ответил Олег, указывая на «зверя».
— А мир во всём мире, это как?
Олег призадумался и сказал:
— Боюсь, пожелай кто такое, рак бы помер от смеха. Есть вещи, с которыми одни лишь люди справиться в силах, и никакая полезная мелочь им в том не помощница… Ну, пора, дружок!
Рак изогнулся, вытянулся на кожанке Волоцкого, заняв всё предплечье, и стал прихорашиваться, оглаживая усы.
— А он не замёрзнет там? — обеспокоилась Настя, кивая на прорубь, видневшуюся невдалеке, и туда ещё тоже предстояло добраться.
— Нет, — уверил её спутник, оглядывая рака. — Гляди, какой сильный, крупный, отожра… отъевшийся. Пойдёт на глубину, зароется, отоспится после стресса.
— И, наверное, волшебный? — спросила она, с подозрением посматривая на Олега. — У меня не очень хорошо с зоологией было, но разве раки в природе свистят?
— Может и так, — неожиданно согласился Волоцкий и добавил. — Но зато знает наверняка, где его собратья зимуют.
Настя рассмеялась.
— Ты за мной не ходи, я мигом. Туда и обратно. Отпущу зверюгу на волю и вернусь, — сказал Олег, помахал ей и, соскользнув на лёд, направился мелкими шажками к проруби.
— Да, ты не очень долго, — крикнула Настя. — Просто есть очень хочется!
— Проголодалась?! — отозвался Волоцкий, продолжая путь. — Отлично! Я сейчас. Но одна беда…
— Это какая? — снова крикнула она.
— Из ресторанов по пути только отвергнутый тобой «Дежавю»!
— Я уже и на него согласная! Голодна, как волчица, — услышал Олег.
Завернув в уже знакомый внутренний двор у ресторана, Волоцкий припарковал машину, нацепил зачем-то очки, хотя давно обходился без них, скользнул взглядом по рядам прочих авто.
— Половина второго, — Настя сверилась с гаджетом. — Хотя бы по салату, и что-нибудь рыбное.
«А на большее и денег нет…» — с грустью добавила она про себя.
— Если за час управимся, то к четырём будем в Москве, — сообщил Олег.
— Одноклассники еще тут? — забеспокоилась Настя.
— Да, — подтвердил он. — И одноклассницы, разумеется, тоже.
— Хотя встреча и не прибавит мне радости, есть всё равно хочется. Ты от Елены подальше держись, Олег! Это такая… такая… Всего можно от неё ожидать.
— Я учту, — кивнул он.
Разминуться им бы никак не удалось. В «Дежавю» было лишь два зала, один — для корпоративов и вечеринок, а другой — для частных посетителей.
Волоцкий спрятал очки, быстро обогнул внедорожник, помог Насте соскочить на асфальт, заблокировал голосовой командой машину и, взяв спутницу за руку, быстро — верхнюю одежду бросили на задние сидения — повёл её к входу по ступенькам вверх.
«Да-да, именно здесь вчера чёртова Ленка увела у неё Эдуарда! Но теперь-то её душенька довольна?» — размышляла Настя, узнавая место.
Потом был длинный тёмный коридор, тот самый, где, как безумные, обнимались с тем же Эдом.
Она шла первой, Олег приотстал, закрывая то одну, то другую дверь.
Настя обернулась, и когда спутник приблизился, шагнула к нему навстречу, прижалась, потом сама отступила к стене, увлекая мужчину за собой.
— В Москву можем и не успеть, — прошептал Волоцкий, и обняв её за талию, положил широкую ладонь Насте на затылок, что бы ненароком не ударилась.
— Как ёжики! Тихо-тихо, — засмеялась она и, приподнявшись на цыпочках, поцеловала… Волнительно, нервно, лихорадочно, желая немедленного продолжения.
Олег ответил, и снова не повторился, для начала он скользнул подрагивающим языком по её тонким губам, словно бы просил разомкнуть уста, потом, проникнув глубоко, коснулся нёба и пощекотал его. Они зависли в темноте, продолжая любовную игру на французский лад, осознавая, что вовсе не тот голод движет ими ныне, а настигла жажда высшего порядка, которую одними поцелуями уже не утолить.
— Мне с тобою хорошо! — шепнула Настя, едва уста обрели свободу.
— Я тоже не хочу тебя потерять, — ответил Олег.
— И ты не жалеешь о своём выборе? — снова шёпотом спросила она, касаясь его небритой щеки.
— Разве я мог поступить иначе? Знать, что ты с Эдуардом, это худшее из зол!
— А осознавать, что ты зачарован? И женщина, быть может, манипулирует тобой?
— Я не жалею ни о чём, — твёрдо сказал Олег. — Но зачем сейчас об этом и в каком-то коридоре? Может, если есть в том смысл, говорить о случившемся, не здесь и не в ресторане?
— Идём, — согласилась Настя, и выскользнув из его уже не столь прочных объятий, двинулась вперёд.
