– Иначе и быть не может – он заказал две пушки, он обе их оплатил, и он получит их обе. – Джованни перестал смеяться. – Дорогой мой друг, мне не трудно было починить этот проклятый лафет, если бы понадобилось я сделал бы это один без помощников. Я могу смастерить пушку из старых башмаков. Я многое могу… Но вот ума не приложу, как мне объяснить фюрсту Ансельму, что привез ему картауну из которой нельзя стрелять. До этого момента только я знал об этом, и рад что смог поделиться с вами.
– И как вы думаете: справится ли одна такая картауна с толстыми стенами замка. – спросил Тео.
– С моей точки зрения, не справятся и обе, и я говорил об этом фюрсту, но их высочество в который раз меня не послушал. Поговаривают он знает какой-то секрет, который таится в стенах этого замка.
– Какой же секрет, ты хочешь мне рассказать, дружочек?
Герцог смотрел на Игнака так пристально, что никто бы не выдержал этого взгляда, но Игнак не опустил глаза.
– Пусть все выйдут, я буду говорить с тобой один на один. – сказал он твердо.
– Как ты смеешь чего-то требовать, венгр? Как смеешь ты ставить условия, раб? Ты пленник в этом замке и жизнь твои принадлежит владельцу этого замка!
Этот возмущенный возглас заставил всех присутствующих повернуться на крик. Голос этот был хорошо знаком обитателям замка, но никто еще никогда не слышал, чтобы его обладатель позволил себе этот голос повышать.
– Что с тобой Корбл? – расхохотался герцог. – Неужели ты так переживаешь за мое герцогское достоинство? Мне отрадно видеть такую преданность, но все же тебе не стоит так переживать – уж если я не вижу тут урона своему достоинству, то и ты можешь быть спокоен.
– У него в руках оружие! Я боюсь за вашу жизнь, мой герцог. – сказал слуга.
– Этот молодой человек уже имел возможность убить меня, но не сделал этого. Он мог бы пустить в меня стрелу прямо сейчас, но я все еще жив, мой Корбл. Значит ты хочешь пошептаться со мной, Игнак? Что же пусть будет по-твоему – пусть все уйдут.
– Нет! – крикнул Игнак, когда люди герцога хотели увести Франкиску. – Она должна остаться.
– Нет! – крикнул Корбл. – этого не будет.
С невероятным удовольствием смотрел герцог на молодого венгра и своего слугу. Они стояли напротив друг друга, готовые начать драку. У юноши правда были изломаны руки, но зато он держал в этих руках самострел и готов был выпустить стрелу, а Корбл держал в руках нож и тоже был готов пустить его в ход.
– А может быть мы спросим даму? – предложил их светлость. – Раз уж в ее честь два отважных рыцаря вот-вот сойдутся в поединке.
Все смотрели на Франкиску, ожидая, что она конечно выберет брата, но она почему-то молчала.
– Что же, раз королева турнира, не может выбрать себе избранника, то последним словом в этом непростом решением будет мое. Я герцог Альбрехт, князь священной римской империи постановляю разделить победу между храбрыми рыцарями: итак, нашему преданному слуге Корблу достается девушка, а нашему венгерскому гостю аудиенция с герцогом. То есть возможность поговорить со мной с глазу на глаз. – видя, что ни юноша, ни его слуга этим решением полностью не удовлетворены он добавил со смехом. – Потом сможете поменяться, если, конечно, не поубиваете друг друга.
Повинуюсь нетерпеливому жесту герцога, молодцы в зеленых куртках вывели Франкиску, за ними последовал и слуга.
– Говори. – приказал Альбрехт. – И не советую тебе больше испытывать мое терпение – запас его не так велик, как может показаться.
Какое-то время Игнак продолжал молчать, но после, решив, что он и впрямь слишком долго испытывает герцога, начал говорить:
– Ты не мог не заметить, Герцог, что твой кузен все еще в городе и не собирается из него уходить.
– Даже если бы он и хотел бы уйти, ему трудно было бы увести за собой свое распоясавшееся войско.
– Дело не только в этом. – у Игнака пересохло горло, и он тяжело сглотнул. – Он пока не достиг своей цели. Ведь не за тряпками и кухонной утварью пришел он в твое герцогство.
– Он пришел за герцогской короной. – усмехнулся Альбрехт. – Но вот загвоздка – я не собираюсь ему ее отдавать.
– Тогда он возьмет ее силой. – ответил Игнак.
– Как, о мой наивный юноша? Или ты думаешь, что его кирасиры полезут на стены? Что же я готов их встретить, но думается мне, что его наемники не такие дураки, чтобы штурмовать мой замок без артиллерии, которой у моего кузена нет.
– Она будет у него завтра же.
На этот раз Альбрехт был удивлен. Он пытался это скрыть, но растерянность была сильнее его.
– Для того чтобы пробить эти стены, – он махнул рукой в сторону окна. – нужна большая пушка, нужен восьмидесятифунтовый шарфмец весом более двухсот кантаро. Чтобы его обслуживать нужно более ста лошадей, а стоит такая пушка две тысячи гульденов. У моего кузена, нет ни орудия, ни денег чтобы его купить, ни времени чтобы его отлить и поставить перед моим замком. Да ему пришлось бы сломать половину города, чтобы это чудовище втащить на рыночную площадь.
