- Я видел вчера великую княжну Веру, - сразу сказал Павел, как только они взялись за пилу, а Егорьевский отошел на достаточное расстояние. – Что с ней случилось, ваше величество?
Государь вздохнул.
- Она… изменилась. Еще по пути в Тобольск веселая была, шутила, унывать никому не давала, дерзила даже. Всю зиму и весну, пока сюда не переехали, держалась. И вдруг словно у нее силы закончились. Аппетита нет, желаний нет никаких. Ночами не спит, а если заснет – то вскоре вскочит с дикими глазами – пожары ей снятся. Бред ее я не разобрал, но Надя с Любой шепнули недавно, что она во сне постоянно повторяет твое имя. Крепко ты ей в душу запал, Павлуша.
Федор Николаевич посмотрел в ясное небо.
- Я смирился с мученическим венцом для нас всех, а ты явился, соблазняешь будущим для дочери. Как отец, я желаю Вере долгой и радостной жизни. Наверное, ты - единственный, кому я мог бы ее доверить.
- Когда-то родители не одобряли вашего настойчивого желания жениться на тёте, - задумчиво выговорил Павел. – Государь Николай Николаевич благословил вас с Софьей Александровной на брак лишь перед смертью. Похоже, трудный путь к счастью - наследственный у Никитиных.
Из дома выбежал учитель-швейцарец, размахивая руками. Павел замолчал, удивленно смотря на подскочившего к ним непривычно растрепанного, в застегнутой набекрень жилетке педагога.
- Ваше величество! - возбужденно обратился он по-французски к государю, не обращая внимания на постороннего. - Там… у доктора… она… как царевна!!!
Очки смешно перекосились на краснеющем лице.
- Постойте, мсье Гильберт, – улыбнулся Федор Николаевич. - Давайте сначала. У вас такой вид, будто вы увидели привидение.
- Да, - обрадовался сравнению учитель и, отдышавшись, объяснил. – К мсье Ясеневу привели девицу, словно родственница она чья-то… из этих, - швейцарец кивнул в сторону красноармейцев у подъезда. – А на лицо - вылитая великая княжна Вера!
- Вам показалось, - печально улыбнулся Государь. – Может, и этот тип на кого-нибудь из великих князей похож?
Федор Николаевич указал на Павла, который искусно изображал незаинтересованность. Педагог мельком взглянул на загорелого молодого человека в простой военной форме, оценил бороду, а потом вдруг всмотрелся в лицо, испуганно потряс головой и побежал обратно в дом.
Павел присвистнул ему вслед, громко крикнул с насмешкой:
- Эка припустил-то! Меньше надо водки употреблять, гражданин учитель французский!
Солдаты у дома засмеялись.
- Швейцарский, - тихо поправил Федор Николаевич.
- Пролетариям должно быть все равно, - уверенно отозвался Павел.
Мужчины помолчали, занявшись выбором бревна посуше и потолще, установили на козлы. Комендант Егорьевский подошел ближе, закурил, отстраненно наблюдая за работой.
Видимо из-за нервного напряжения последних дней Павла замучила бессонница. Несколько ночей подряд он сидел у открытого окна, дышал июльскими ночами, курил, слушал звуки спящего города. Лишь на третьи сутки, едва коснувшись смятой подушки, Павел заснул и проснулся, как ему показалось, через пару минут - залетевший комар тонко и противно пищал над ухом.
Комнату заливал свет от висевшей в посиневшем небе луны. На фоне окна явственно вырисовывался темный силуэт.
«Воры…» - пронеслось в сознании Павла. Не надо было оставлять окна на первом этаже распахнутыми настежь. Однако, тут же разум отметил нечто странное. Фигура была слишком мощной для человека и будто бы… мохнатой?
«Медведь…» - с неожиданным равнодушием определился Павел, не двигаясь с места. По законам сна он не испугался, но и не мог пошевелиться. Странное оцепенение охватило все тело.
Неуклюжая фигура отвернулась от окна, расправила плечи, сбрасывая на пол тяжелую шубу. Павел узнал мужицкое лицо, всколоченную бороду и сальные волосы. Маленькие светящиеся глаза. И даже шелковую синюю рубашку с наивными вышитыми васильками.
- Жарко, – то ли объяснил свое движение, то ли пожаловался Еремей Заплатин тихим голосом. Павел с ужасом зажмурился, мечтая проснуться. Но когда снова распахнул глаза, мертвый мужик не исчез. Напротив, будто приблизился.
- Что ж ты, великий князь, опять обдумываешь всё, готовишься, а время-то упустишь… - с укоризной вымолвил Заплатин.
Отчего-то Павел моментально понял, что имел в виду призрак.
- Наверное, ожидаю, что армия сопротивления начнет битву за город и можно будет вывезти всю семью, - искренне отозвался он. Мужик покачал головой.
- Ты ведь военный человек, голубчик. Неужели не догадываешься, какое на такой случай у супостатов распоряжение есть?
- Уничтожить, но не сдать врагу, - машинально отрапортовал Павел и закусил нижнюю губу с досады. – Значит, нет никакого шанса спасти государя?
Он был так шокирован внезапным пониманием бесполезности своих попыток вытащить родственников из плена, что, не задумываясь, задал вопрос собственноручно убитому злодею. Еремей развел руками.
