По ходу дела выяснилось, что детина этот с мундиром в сумке — шофер дальнобойщик. Приехал из командировки раньше, чем обещал, и застал свою сожительницу с бравым военным. Правда, самого старлея он не видел, поскольку тот успел в одних штанах с сапогами в зубах выскочить через балкон. А вот китель с документами в кармане лейтеха захватить не успел. И теперь он, водила, и ищет того непутевого офицерика, чтобы вещи вернуть. Ему же, наверняка, попадет от начальства.
Я мужику, конечно, посочувствовал и спрашиваю, бить, мол, будешь? А шофер отвечает, что, мол, подруга жизни свое уже получила. Лейтенант-то у нее не первый. Всех ее хахалей бить, кулаков не хватит. Да и кто из мужиков отказываться станет, когда дают бесплатно?
Ну, посмеялись мы с солдатами и посоветовали ему через военкомат часть поискать. А, самое смешное, нам мужик напоследок сказал. Оказывается, квартира-то его находится на пятом этаже! Вот какие офицеры есть в Красной армии!
— Представляете, на пятом! А он через балкон ушел!
— Пока в нашей армии есть поручики Ржевские — мы непобедимы! — заключил Евгений.
А поскольку под такие разговоры и вино быстро пришло к завершению, мужики решили, что пора расходиться. Тем более, что Петрович вспомнил о том, что сегодня должны показывать хоккей. "Трактор" должен был обуть горьковское "Торпедо". Надрали же позавчера наши хоккеисты "Крылья Советов" 3:1.
Когда все разошлись, Евгений понял, что после всего выпитого заниматься чем-либо серьезным он не в состоянии и решил почитать газеты. Пройдя в комнату, Женя уселся в кресло. Причем, скорее, по привычке, чем по необходимости, включил телевизор.
Как всякий нормальный советский человек первые страницы у всех газет он пропускал. Ну скажите, разве можно, находясь в здравом уме и доброй памяти, без содрогания читать заметку "С трудовой победой!", из которой, продравшись сквозь канцелярские словеса и лавину цифр, можно было узнать всего-навсего, что колхозники Варненского района выполнили годовой план по уборке зерновых. А ведь вся первая полоса состояла из подобных статей. Одни заголовки чего стоили: "Повышать эффективность производства", "Поступь пятилетки", "Первые в районе", "Беречь энергоресурсы".
Телевизор тем временем нагрелся. По первой программе началась "Международная панорама". Диктор с пафосом рассказывал о том, что председатель президиума Верховного совета СССР, генеральный секретарь ЦК КПСС, маршал Советского Союза товарищ Леонид Ильич Брежнев двадцать первого октября встречался с министрами иностранных дел стран — участниц Варшавского Договора.
Не перенеся длинного перечня стран, Женя поднялся с кресла и переключил канал. На втором и последнем, как и обещал Петрович, показывали хоккей. Историк был равнодушен к этому виду спорта — ему больше нравились легкая атлетика и лыжи, — но все же это было веселее, чем советский официоз.
Вторая страница газеты тоже была пустой, как и первая, а вот на третьей Евгений увлекся статьей "Отпуск за границей". В ней подробно обсуждалось, как допустимо, а как не допустимо вести себя советскому человеку за границей.
У "Трактора" дела шли неважно. После первого периода он проигрывал 0:1. Смотреть одним глазом суетливую беготню спортсменов Женя устал и переключил канал.
Поскольку городской телецентр транслировал только две программы, на экране вновь возник политобозреватель и рассказал Никонову о том, что по решению ООН с сегодняшнего дня объявлена "Неделя действий в защиту мира", но Евгений его почти не слушал, а внимательно изучал предложения городского Бюро путешествий и экскурсий.
За сто тридцать рублей можно было пять дней провести в Таллине и Пярну, за сотню — слетать на три дня в Москву, а за двести пятьдесят — отдохнуть две декады в Литве.
"Хорошо бы! Где деньги взять?"
Зарплата Никонова, как у начинающего ассистента, была сто двадцать пять рублей в месяц.
Закончив с местной прессой, наш герой взялся за воскресный номер "Комсомолки".
Здесь первая страница тоже была нечитабельна. Только американский шпион, ждущий связного на лавочке в сквере Большого театра, мог держать перед глазами лист с заголовками статей: "Мы — наследники Октября!", "Трасса набирает опыт", "И ветераны стали рядом", "Эстафета мастерства".
Женя не был ничьим шпионом, поэтому он сразу открыл вторую страницу и увлекся путешествием корреспондентки по московским комиссионным магазинам.
Тут зазвонил телефон.
Евгений поднялся с кресла, прошел в прихожую и снял трубку. Разговаривать с ним не пожелали, несмотря на все его "алло". Кто-то баловался с ним вот так, тихо дыша в трубку, уже третью неделю. Обычно, убедившись, что на другом конце провода молчат, Никонов сердито вешал трубку. Сегодня же, будучи в благодушном состоянии, он решил произнести речь для невидимого абонента.
