— Ура-а-а!!! — закричала Света и бросилась ему на шею.
Они вместе не спеша осмотрели «новостройки», при этом Света не уставала восхищаться блестящими результатами работы Андрея, а потом она веером выложила на стол перед ним обещанную сумму. Увидев деньги, Андрей смутился.
— Свет, я не могу их взять...
— Почему? — нахмурилась Света. Она так и предполагала, что с оплатой ремонта могут возникнуть проблемы.
— Ну... Мы с тобой в таких отношениях, что... — мялся Андрей.
— Вот что, дорогой мой, — сердито оборвала его Света, во-первых, ты эти деньга честно заработал, они твои, а во-вторых, ты подумал, в какое положение ты ставишь меня, отказываясь от них? Получается, что я заплатила за этот ремонт тем, что спала с тобой! Нет уж давай так: мухи — отдельно, котлеты — отдельно!
Андрей молчал, задумчиво глядя на рассыпанные перед ним купюры.
— Бери, бери, миллионер, — засмеялась вдруг Света и взъерошила ему волосы, — тебе завтра предстоят большие траты, как же ты без денег-то?
— Какие еще траты?
— Здрасьте! Мы приглашены на день рождения. Ты забыл?
— Ну и что?
— А то, что тебе нужен приличный костюм, сорочка, туфли... Или ты все это хранишь в своем бездонном бауле? — съехидничала Света.
— Ладно, убедила. — Андрей вздохнул и сгреб деньги со стола.
Половина субботы ушла на выбор «обмундирования» для Андрея и подарка для Ксюхи. Свете оказалось весьма трудно угодить, раз за разом она отправляла Андрея в примерочную с новым костюмом, заставляя того невольно ворчать. На самом деле ей просто нравилось все это — придирчиво оценивать каждый костюм, наблюдать, как он меняет Андрея, искать лучший вариант... Они обошли несколько магазинов, прежде чем купили все необходимое.
С подарком для именинницы, наоборот, никаких проблем не было — Света, не раздумывая, приобрела любимые Ксюхины духи «Органза». Оставалось только купить цветов — и они были готовы.
На их звонок дверь долго не открывали. Света усмехнулась про себя, вспомнив о сумасбродном плане подруги, и позвонила еще протяжно и настойчиво. Наконец замок щелкнул, и дверь распахнулась настежь.
— А-а-а... Ребята! — радостно закричала Оксана. — Милости прошу!
Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять: Ксюха пьяна. И не просто пьяна, а пьяна отчаянно — так обычно напиваются либо с радости, либо с горя.
— Вот это номер... — растерялась Света. — Что с тобой, подруга? С чего это ты?..
— Гуляем, Светка! — с хмельной бесшабашностью махнула рукой та. — Гуляем — имеем право!
Света взглянула на пустую вешалку.
— А где Пол? — спросила она.
— Пол? Пол под ногами, где ж ему быть? — захохотала Оксана, крепко топнув для наглядности модной туфелькой.
— Не дури, где твой американец, я спрашиваю? Что случилось? — Света начала догадываться, отчего весь этот цирк.
— Ах, вот ты о ком... А я подумала: ты от счастья ног под собой... — Оксана внезапно оборвала себя на полуслове и, резко развернувшись, ушла в комнату.
Недоуменно переглядываясь, Света с Андреем разделись и прошли следом за ней.
Оксана с бокалом в руке сидела в кресле и не мигая смотрела прямо перед собой. В глазах ее стояли слезы. У Светы от жалости заныло сердце. Она села рядом с подругой, вынула из ее неподвижных рук бокал и взяла их в свои ладони.
— Ксюша...
Оксана повернула голову к ней, при этом две огромные слезы сорвались с ее ресниц и, скользнув по щекам, исчезли в оборках нарядной блузы.
— За что, Свет? За что?.. — прошептала она.
— Подожди реветь, успокойся! Что ты, в самом деле... Давай, рассказывай, что случилось?
— Что? — переспросила Оксана и, всхлипывая, стала рассказывать: — Накрыла я стол, нарядилась, накрасилась, как дура, сижу жду... он же должен был пораньше прийти, а тут... шесть — его нет, полседьмого — его нет... Я — давай звонить ему, а он... — Оксана замолчала, до боли закусив ярко накрашенную губу. Справившись с собой, она продолжила. — Хай, Ксю, кричит, хэппи бёздэй... А сам, чувствую, поддат, и крепко причем... Я ему: что же ты, я же жду... Нет, говорит, сорри, сейчас никак не могу, занят очень, а я слышу в трубке-то: шум у него стоит, звякает что-то, бабы какие-то ржут... Я говорю, как же так, мы ведь договорились, я готовилась... Нет, отвечает, импосибл, и вообще, получил, мол, новое задание от редакции и из Москвы сваливаю, так что ты, дарлинг, мне больше не звони, погуляли — и хватит!.. А самое обидное, Свет, — шептала Оксана, давясь слезами, — что я абсолютно точно знаю, что никуда он не едет, ему здесь еще полтора месяца ошиваться — я в корпункте его узнавала...
— Гад какой! — с тихой яростью сказала Света. — Вот гад...
— Разве можно так... как с собакой... — И Оксана, не выдержав, разрыдалась.
— Ну прекрати, Ксюш, не надо! Возьми себя в руки. Нашла из-за кого реветь!.. Из-за какого-то ублюдка... — пыталась успокоить ее Света.
— Да... тебе легко... говорить... — обливалась слезами Оксана. — У тебя-то... вон он... рядом...
Света растерянно обернулась к Андрею, стоящему в дверях. Он поставил бутылку ликера на стол, бросил букет в кресло и шагнул к Оксане. Присев перед ней на корточки, он взял ее за руку.
