Но, рухнув на свою койку в номере, она апатично уставилась в потолок. Возвращаться к Тарди ей было очень трудно. И она не понимала, почему. Сколько она слышала криков и визгов, сколько она чувствовала агрессии, направленной на неё. Но это не причиняло боли. Совсем никакой. Что не так сейчас? У неё не было ответа. «Встать! — скомандовала себе лейтенант Пола Каррада, — и — марш к пациенту!»
— Извините, мистер Тарди, я немного задержалась, — бесцветно сказала она, входя и избегая встречаться с ним взглядом, — я буду здесь на всякий случай.
Хатт поймёт этих женщин… Никогда не знаешь, на что они обижаются. Даже… Кто?
Ноющая боль глубоко внутри оборвала эту мысль. У Тарди никого не было в прошлом, кто мог бы обидеться на него. А настоящее смотрело отстранённым взглядом и за что-то сердилось.
"Что я сделал не так?"
Пилот поднялся на ноги, успев удивиться тому, что пол не торопится удрать из-под ног. Он сейчас был сильнее, чем думал.
"И цена этому — она".
Тарди шагнул к санблоку.
— Вам не придётся долго ждать…
— Мистер Тарди, простите меня, — сказала Эни тихо, но Тарди должен был услышать, — мне просто очень неловко, — последние слова дались ей с трудом. — Прошу вас, забудьте моё непозволительное поведение.
"Лейтенант, что с тобой такое? Ты что творишь? Тяжёлый больной, немолодой человек извинялся… Это уже слишком. Проветри свои мозги, Пола!" Развеяться — это была хорошая идея… Тем более, у неё с собой нет никакой одежды. Слетать к себе на квартиру — домом это называть не хотелось — как раз то, что ей необходимо, чтобы привести себя в чувство.
Пилоту показалось, что он ослышался. Что на этот раз? И откуда это самоуничижение?
— Какое ещё непозволительное поведение? — почти простонал он. — Эни, я с ума сойду, пытаясь понять, что я такого сказал или сделал. Давайте я пока помоюсь, а вы кафа, что ли, выпейте, и мы потом поговорим, хорошо?
В кокпит он заходил с меньшим энтузиазмом, чем сейчас спасся бегством в санблок.
Он ушёл, а она осталась стоять со жгучим желанием провалиться на этом самом месте. Или сбежать…
— Мне бы самой себя понять, мистер Тарди, — прошептала Эни, оглядываясь в поисках того, что могло ей вернуть душевное равновесие. Каф? Нет, не то… Ледяной воды… На голову… Спасение пришло неожиданно. На деку пришёл сигнал, и в открывшейся двери показался нагруженный коробками родианец.
— Ваш заказ, мэм, — бодро отрапортовал он, занося контейнеры в номер.
"Как нельзя кстати, — сказала себе Эни, — Можно сосредоточиться на работе. И разговаривать будет некогда».
В полированном металле стенки душевой кабины пилот отчётливо видел себя. Он всегда был худощавым, но сейчас это была уже болезненная худоба. Потревоженное равновесие Силы в собственном организме сжигало его изнутри, и с этим надо было что-то делать. Пока ещё не поздно.
"Ты уже делаешь…"
Он ненавидел этот вкрадчивый голос.
Причина, по которой так странно и сильно реагировала врач, была непонятна Тарди. Он не видел, чем мог зацепить её. Но видел кое-что другое.
"Однажды ты не сможешь остановиться. И возьмёшь больше, чем тебе дают. Не потому, что нужно для выживания. Потому что вошёл во вкус. А если не дадут — будешь требовать, добиваться, рвать зубами… "
Во взгляде истощённого отражения почти не было зелени.
Смывая с себя пену и грязь улицы, пилот прислушивался к себе. Достаточно он уже получил украденных эмоций, обратившихся в Силу, чтобы дальше справиться самому? Или ещё нет?
"Даже если нет — хватит. Это был последний раз…"
Анализатор подлинности щелкал равномерно и успокаивающе, выдавая одинаковую информацию на деке: «Соответствие чипу производителя… Соответствие регламентированному составу…» Привычная работа помогала Эни собраться с мыслями и сосредоточиться только на ней, но где-то в глубине сознания оставалось не поддававшееся объяснению, странное чувство.
Эни без колебания отбрасывала в сторону всё, что даже несущественно отличалось от заявленного. Может быть, она была излишне требовательна и щепетильна. Растворы отвечали нормативам Империи, но для Эни ничего не было слишком, когда речь шла о таком тяжёлом больном, как Тарди. "Пусть себе вольют", — отбракованное вернулось в контейнер. Эни обернулась на звук двери душа.
В комнату Тарди заходил явно посвежевшим. Коротко стриженые волосы, совершенно седые, были ещё влажными от воды. Движения стали менее скованными — он немного размялся в душе.
— Как видите, ничего со мной не случилось, — улыбка на жёстких губах смотрелась немного странно, будто он отвык улыбаться.
— Это обнадёживает, — Эни задумчиво окинула его взглядом. Его страшная худоба бросалась в глаза, именно когда он стоял в полный рост. А его улыбка одними губами только подчеркнула это. И снова её сердце болезненно сжалось, как и тогда, когда она увидела шрамы на его теле.
— Мистер Тарди, думаю, вам не хватает того питания, которое вы получаете в кантине, — мягкость её тона удивила даже её саму. — Подкормлю-ка я вас парентерально. Это первое, с чего я начну сегодня, — добавила Эни, кивнув головой в подтверждение своим мыслям.
