Затаённая улыбка промелькнула в её глазах, и раньше, чем она успела себя остановить, прозвучало:
— Так исправляйте, мистер Вийяр.
Она поспешила опустить глаза под предлогом того, что надо раскрыть кейс. Легко выдернув из него пакетик с кетгутом, она протянула его Нику.
Стянув со столика деку, тот оформил заказ. Анкс будет удивлён. Но вряд ли можно считать ниточкой к самому разыскиваемому художнику Галактики заказ на краски для росписи по пластической массе
— Что бы я без вас делал… — прочувствованно поблагодарил пилот, забирая у неё пакет. Пальцы ловко выудили скользкую нить, отмерили нужную длину. Ножниц под рукой не было, и Ник рискнул обратиться к Силе ещё раз. Тонкий поток рассёк волокна не хуже бритвы.
— А говорили — самый крепкий…
Подмигнув девушке, пилот отщипнул небольшой, с горошину, кусочек пластики, раскатал в короткий жгутик, приложил к концу нити и начал скатывать в шарик. Кончик кетгута был надёжно закреплён внутри.
Шер, не сводившая глаз с его рук, заметила, как полоска кетгута распалась на части сама собой. Силой. Ей не приходилось ещё так наглядно ощутить её действие… Значит, он восстанавливается. Искорка счастья вспыхнула в её сердце. Дракон встаёт на крыло и…
— А это что будет, Ник? — спросила она, пытаясь угадать очертания следующего шедевра.
— Страшная военная тайна, — пилот точно так же закатал в шарик второй конец нити. — Верное средство обезопасить себя от покушений… Вы стоять не устали?
— Устала, — она обернулась поискать глазами кресло, на котором сидел до этого Немо. — Сегодня был странный день, мистер Вийяр… — её зрачки были совсем темными в полумраке номера.
"Похоже, я сошла с ума…И не хочу выздоравливать…"
— Я могу пока посидеть, — пилот поднялся, прихватив с собой упаковку пластики и нить. — Належался на месяц вперёд. Ложитесь. Вам нужно отдохнуть.
— Нет, что вы, мистер Вийяр, — Шер поспешно опустилась в кресло. — В моем номере есть кровать, я могу уйти туда. Вам ведь лучше, — она забралась в кресло с ногами и сверкала оттуда глазами, как встревоженный фелинкс. — И как вы собираетесь обезопаситься от покушения с помощью кетгута?
— Это пока секрет, — на койку возвращаться пилот не стал, сел в свободное кресло у окна. — Да, мне лучше, вашими заботами…
— Я очень рада, Ник, — Шер сказала это так, что эти затёртые слова показались бесконечно нежными. — Но это вы сами помогли себе. Наша медицина слишком слаба для таких, как вы, — она перевела взгляд на окно, где затвердевал дракончик. «Взлетай, крылатый… Высоко, как ты хочешь… А восточный ветер всегда будет тебе попутным, сопровождая поодаль…»
— Я немного посижу здесь, мистер Вийяр, я не хочу засыпать. «Потому что боюсь проснуться?»
— А что за имя «бога чудес»? — вспомнила Шер. — У Дьяра Или две основные темы в творчестве — война и… ну и ещё одна.
— Если бы я знал, обязательно бы помолился ему, — донеслось от окна. — Но жизнь научила меня двум вещам, Шер…
— Каким, Ник? — девушка устроилась поудобнее, прижавшись щекой к мягкой спинке, чтобы видеть лицо Вийяра.
— Молитва — это действие, Шер… — пилот поднял голову от своей странной работы. Сумерки сгладили резкость его черт, и сейчас ему было на вид лет тридцать-сорок. — И ни у богов, ни у Силы нет других рук, кроме наших.
— Конечно, Ник, не знаю, как Сила, но боги творят чудеса нашими руками… И они, как правило, начинают помогать тем, кто сам делает всё, что только в его силах. Уж я-то это точно знаю. Приходилось тянуть тех, у кого не было, кажется, не единого шанса на жизнь… Ты тянешь его из последних сил, и они не кончаются. И умирающий выживает, несмотря ни на что… — задумчивый взгляд Шер остановился на лице пилота. — А что второе вы узнали?
— Что количество чудес в этом мире зависит от того, сколько ты их сделаешь сам. Для других.
Он снова склонился над работой, что-то делая из пластики прямо на нити, но постепенно густеющие сумерки не давали разглядеть, что выходит из-под его чутких пальцев.
— Только для других, — тихо повторила Шер за ним. — В этом вся соль. Только когда не ждёшь ничего для себя, — она помолчала несколько минут. — Сколько вам лет, Ник? Или это тоже тайна? — хотя какая разница, сколько ему лет, как его имя? Это уже ничего не изменит. Она слегка потёрлась щекой о ворсистую спинку кресла. Надо было идти спать к себе, Нику лучше, но рядом с Вийяром у неё было ощущение, что 21 номер был надёжнее банка Муунилиста.
— Сорок два, — негромко ответил пилот. — Вы устали, Шер. Ложитесь. Я постерегу ваши сны.
— Нет, мистер Вийяр, — засмеялась Шер, покачав головой. — Чтобы врач лишил своего пациента кровати? И чтобы больной коротал всю ночь в кресле? Такого ещё не было в моей практике. Плохо же вы думаете об имперских медиках, Ник. Отдыхайте, Ник, лепите. Я пойду к себе, — она выскользнула из мягких объятий кресла и подошла к столу, где стояла птичка. Её рука бережно подняла фигурку на ладонь.
— Я её унесу к себе, ладно? — ей было почти не видно, где Ник, поэтому она просто спросила у сумрака около импровизированного окна
— Хорошо, — неожиданно легко согласился пилот. — Добрых снов, Шер.
