Развернув тщательно выделанную шкуру, в которую были аккуратно завёрнуты все его колюще-режуще-дробящие инструменты, Мррухс быстро навесил на разгрузку пояса оба ножа, прицепил сзади (так, чтобы рукоятка выходила под правую руку) мачете, взял оба обычных боло. Потом нацепил визор, заряжавшийся от батареи, попутно проверил её заряд и, оставшись довольным (больше половины, а день обещался быть солнечным), начал аккуратно спускаться вниз.
Аккуратно он спускался, потому что спуск по стволу был усеян ловушками так же, как само дерево было усеяно листьями. Устройство ловушек было стандартным, но от этого не менее качественным. Ствол была кусками по 3 метра очищен от веток, только голая чистенькая кора. Снизу дерево было усыпано жухлыми листьями, причём довольно плотно, потому что снизу оно было подкопано, и в углублении плотным строем во все стороны, в радиусе двух метров от ствола были натыканы заострённые ветки, прикрытие как следует листьями. Ковёр из них был довольно плотным, и просто при ходьбе колья не причиняли особого вреда, будучи орудием добивания. Сам ствол так же был не лишён «секретов»: на каждом очищенном участке кора была полосами отделена от ствола, незаметно для того, кто вздумал бы лазить прямо по стволу. Ловушка на лазутчика — она не убьёт, но свалит вниз. Как раз на колышки на земле.
Не обошлось дело и без прикрытых веток, играющих такую же роль — скинуть противника вниз. Они так же крепились под корой, в вырезанных в стволе нишах, и ожидали своего шанса «порадовать» лазутчика наверх. Последняя ловушка располагалась за восемь метров от домика Мррухса. Сам он, не доходя до этой зоны, перепрыгивал на другое дерево, растущее рядом. Обратно было забираться сложнее — приходилось прыгать на ветку, растущую под зоной ловушек, и потом, подтягиваясь на неё, перепрыгивать выше. Это было единственное место на дереве, кроме верхушки, где можно было забраться выше по веткам, все остальные такие «пути» для подъёма была срублены, а ветки пущены в дело.
Вообще, если говорить серьёзно, то в крушении, кроме всего прочего, Мррухсу очень повезло — он упал на границе между двумя кланами хищников, здесь обитающих. Иначе объяснить, почему они редко появлялись там и не трогали его первое время, было нельзя. Но это было давненько уже, а сейчас он "переехал" на одну из территорий. И пару раз уже видел силуэты, скользящие в траве, и ощущал едкий аромат их феромонов. Причём как на земле, так и на деревьях. Собственно, это и была причина, почему он старательно «заминировал» дерево. На установку ловушек на дереве ушли практически все небогатые запасы колюще-режущего оружия, стащенного из корабля, но не принадлежащего ранее Мррухсу, а также разные острые куски обшивки, и всё такое. И тогорианец искренне надеялся, что это поможет.
Так что, медленно и аккуратно, зачастую просто замирая в своей грязно-зелёной одежде в ветках и листьях, и осматривая всё подозрительное, Мррухс спустился вниз, почти к самой земле. Там, на высоте трёх метров, он просидел около десяти минут, проверяя, всё ли спокойно, всё ли чисто. Спукамас сидел на ветке выше, тоже осматриваясь. Наконец тогорианец тенью свалился вниз, в листву на земле.
И растворился в ней — специально в этом месте им была выкопана яма, засыпанная листвой, в которой можно было прятаться и выслеживать добычу. Листва была очень старая и жутко перепревшая, так что отлично подавляла своей вонью запах Мррухса и Дараса, а её огромное количество прятало три погонных метра кота очень даже качественно.
Теперь начинался день. День охоты и выживания. Для начала надо было убедиться, что рядом никого нет. И поймать что-нибудь мелкое для наживки.
Тогорианец сильно изменился за этот год. Это были совсем не те джунгли, что на Тогории. В сравнении с нынешним домом Мррухса, раньше он мог свободно прогуливаться по лесу, ни о чём не задумываясь. Здесь же нужно было быть готовым по несколько дней лежать в засаде, чтобы не стать добычей хищников, и столько же, чтобы добыть еды. Спасали плодоносящие деревья, растущие рядом с хижиной. Дарасу было тяжелее — он питался только мясом, и потому зависел от удачи хозяина. И собственной тоже — животное верно чуяло, когда можно спуститься вниз и быстро поймать себе мелкую тварь на закуску, а потом подняться с ней. Впрочем, это было крайней редко — в остальное время он мог долгое время следить за кронами ближайших деревьев и настороженно водить головой: мол, опасность.
Здесь нужно было выживать. Это было крайне сложно, крайне опасно, но, как Мррухсу казалось, первое время его просто не замечали, и это позволило создать кое-какие условия. А теперь предстояло самое тяжёлое — борьба за территорию. Он уже давно причислял себя к таким же хищникам, как населяющие это место, и понимал, что его ждёт. Здесь обитают кланы, и одиночке не выжить.
Но он выживет. О другом и речи быть не может.
