— Отлично, я буду стоять на входе, — бодро произнёс Немо, отправляясь туда, где он должен быть встретить врача.
Услышав ответ, Эни сбросила скорость до минимальной и пошла на снижение. Почти сразу же в одном из целого ряда ангаров она увидела фигуру человека. Подлетая, она смогла различить, что на нём серый комбинезон, какие обычно носят техники, такая же фуражка и визор. Похоже, ждёт он именно её. И похоже — это и есть Немо…
Человек в сером комбезе стоял в расслабленной позе, черные окуляры визора буравили подлетающий кар, рука лежала на рукояти бластера, в набедренной кобуре. Он не выражал дружелюбности или агрессии, пытаясь сойти за указатель.
Эни плавно развернулась перед входом, и её лязгающий транспорт залетел и опустился на бетонный пол ангара. Сразу стало тихо. Девушка не спешила выбираться из спидера и не убирала рук с пульта управления.
Человек не шелохнулся, а визор, скрывавший глаза, не дал понять врачу, что именно он испытывал. Единственное, что было понятно — всё внимание человека теперь приковано к девушке.
Тишина стала гнетущей. Человек не шелохнулся, только его черный визор неотступно следил за ней.
Девушка решилась нарушить молчание. Время было слишком дорого, чтобы тратить его на бессмысленное сидение в спидере.
— Эни Ведж, врач. Личный врач мистера Тарди из «Последнего приюта». Вам что-нибудь говорит это? — обратилась она к черному визору.
— Немо, — тут же представился мужчина, — загоняйте машину в ангар.
После чего скрылся в двери. Спустя мгновение потрёпанные ворота медленно стали подниматься.
В ангаре стоял абсолютно другой человек. Или, по крайней мере, вёл он себя абсолютно по-другому. Его глаза, цвета пасмурного кореллианского неба, смотрели на девушку со смесью радости, тревоги и признательности. Руки, судя по всему, не находили себе места, но как только машина въехала в ангар и ворота опустились, к бластеру они не прикасались. Прямой угрозы от девушки он не чувствовал. Открыв дверь, Немо подал ей руку.
— Благодарю, что так быстро отозвались, мисс Ведж, — вежливо произнёс он, и даже в голосе прозвучали нотки торопливости.
— Эни. Это экономит время, да и мы не на приёме в тронном зале Корусанта, — девушка быстро подхватила кейс с сидения спидера. — Где раненый? Ведите скорее к нему… кровопотеря большая? Расскажете всё по дороге…
— Он в паре десятков метров, — Немо указал на стоявший рядом штурмовик, — кровопотери не очень большие, к счастью, артерии и вены не задеты. Разрезана мышца, ниже колена. До кости.
Взобравшись по истребителю до фонаря кабины он постучал костяшкой пальца по блистеру.
Движение за транспаристилом кокпита возникло не сразу. Когда дурос наконец высунулся в люк, вид у него был несколько помятый. И довольно болезненный. Сине-зелёная кожа приобрела серый оттенок, жёсткий рот кривился.
— О… — обронил он при виде врача. — Вы быстро, мэм. Мне спуститься или вы подниметесь? Тут чище, там просторнее.
— Нет-нет! Вам не надо ходить ни в коем случае, кровопотерю усилите. Вам вообще надо было лежать с приподнятой ногой — озабоченно сказала Эн, глядя на бледно-серое лицо дуроса и его искажённый от боли безгубый рот. — Я сейчас поднимусь.
— Минуту, мэм… — пилот исчез, спустя несколько секунд выдвинулся трап. Люк открылся шире, впуская врача. — Прошу на борт "Заплатки".
— Спасибо, — ответила Эни, поднявшись на борт. — Но лучше бы при других обстоятельствах…
Обстоятельства и впрямь были не из лучших. Дурос в разрезанной почти до бедра штанине, с наложенной выше колена полоской пластика. И всё это в зелёной крови, от которой на брючине, намоченной ею, расплылись чёрно-зелёные пятна.
— Вам придётся прилечь, — Эни уже мимоходом огляделась. — Тесновато, конечно, но можно просто разложить кресло.
Пилот улёгся, поблёскивая на девушку красными глазами.
— Не волнуйтесь, сейчас перестанет болеть, — улыбнулась она пилоту. В коклите заработал маленький портативный излучатель асептического действия. Через несколько мгновений он подал сигнал, что операционное поле, область для инъекций и руки врача в застывшей на них синтетической "второй коже" полностью зачищены от бактерий и их спор.
— Я вам сделаю инъекцию сильного обезболивающего… Подействует через пару минут, она подняла голову, чтобы сказать это и посмотреть на пациента, — поработайте-ка кулачком… Теперь разжимайте… Ну, вот и все …
Так же внутривенно пошёл антибактериальный препарат, который должен был предотвратить инфекцию. Теперь можно было переходить собственно к ране. Эни наклонилась над ногой дуроса, подсвечивая себе поле и увеличивая детали специальным медицинским визором. Картина была очень интересная… Процесс ранообразования шёл как-то не традиционно. Эни покачала головой. Она никогда не слышала, чтобы у дуросов была такая ускоренная регенерация… Или только у этого?
— Как вы себя чувствуете сейчас? — её серые глаза внимательно и ласково смотрели на пилота. — Сейчас будет немного неприятно, потерпите?
— Мэм, — хрипловато отозвался гуманоид, — вы просто делайте что сочтёте нужным. Я потерплю.
