— Если всё так «просто», — коверкаю его слова. — То не соизволите ли вы сообщить мне, где можно достать эти херовы таблетки? — я на взводе. Я устал. Последние дни толком не спал. Поэтому пусть только попробует вести себя, как мудак, я найду его и четвертую.
«Нам их выписывают, — мужчина долго думает над ответом. — Нужно будет заехать к нашему семейному врачу в клинику, чтобы забрать. Я только могу позвонить ему и предупредить, что вместо меня приедешь ты, чтобы не возникало вопросов».
Отлично, теперь я обязан ехать куда-то. Супер. Но, если это гарантирует мне спокойную ночь, то окей. Можно и поднатужиться.
Оглядываюсь, изучая обстановку в темной комнате. Кажется, Райли совсем выдохлась. Отрубилась. Набирается сил, чтобы потом вновь начать рыдать. Нет, оберегите меня от этого.
Потираю ладонью лоб, еле собираясь с силами:
— Где эта клиника?
«Я вышлю адрес, — мужчина не станет отвечать мне, где он с мамой проводит эти дни, ладно, стоит насрать. — Сейчас тогда предупрежу врача».
Отключаюсь, не поблагодарив. А за что? За информацию? За обязанность покинуть стены дома, когда я вымотан? За то, что оставил меня с этой…
Выдыхаю. Ладонь теперь скрывает сжатые веки глаз. Стою. Морально готовлю себя к выходу на холодную улицу. Вновь оглядываюсь, переступив порог комнаты. Прислушиваюсь. Сопение. Хриплое. Тихо шагаю к кровати, сжав в ладони телефон. Встаю у кровати, изучая мокрый от слез профиль лица Райли, которая даже во сне выглядит так, словно вот-вот разрыдается. Ну, на хер. Лучше правда перестраховаться и сгонять.
Мобильный аппарат вибрирует. Митчелл прислал адрес.
Опять тру веки, устало глотнув кислород. Помнится, мать заикалась о каких-то таблетках, которые крольчиха принимает для костей. И как это должно быть связано с её эмоциональной нестабильностью?
Башка раскалывается на части. Прохожусь ладонью по волосам, потрепав их пальцами, и ставлю руки на талию, уставившись на спящую девушку.
Не пойму. Ни черта.
Понятия не имею, что хуже: ехать в такой мороз в другой конец города, или остаться дома, слушая постоянный рёв соседки? Нет сил и желания разбираться в данном вопросе. Стараюсь ничем лишним не забивать голову, пока сижу за рулем. Приходится ехать дворами, чтобы не попасться патрульным. Прав у меня нет, так сказать. Надо было в тот раз поискать денег для оплаты штрафа, тогда, может быть, не отбирали бы права. Что толку думать об этом сейчас?
Веду автомобиль, концентрируя внимание на дорожных знаках, чтобы не сбиться с пути. Небо давно уже черное, непроглядное, ветер морозный. Холоднее, чем зимой, или преувеличиваю? Впускаю пар изо рта. Господи, была бы моя воля, вообще из теплой ванной не выбирался бы. Но нет. Жизнь не отвечает моим запросам, ведь я сейчас здесь.
Так, не думать.
Просто сделай это. Сделай, потому что нужно. Хотел же как-то посодействовать в помощи этой бабе. Да, но не учел того, что она может быть немного не в себе. Кхм.
Странно, никогда раньше не замечал за ней подобного. Конечно, мы не были особо близки, мы даже не здоровались, но порой я видел некие перемены, правда они были незначительными. То она улыбалась иначе, то не участвовала в шумной беседе. Знаю, как это звучит. Я не какой-то двинутый маньяк, исследующий свою жертву. Просто был период в моей жизни предельной заинтересованности в личности Райли. Уверен, он понемногу сходит на нет. Сейчас, в данном отрезке времени, уже не так повернут, грубо говоря. Остается дождаться, когда все разъедутся по колледжам. Тогда перестану назойливо замечать её. И совсем отойдет.
Сжимаю руль, вздохнув с обреченностью.
Помню, я просто хотел быть её другом, и это стало причиной моих унижений в школе.
Говорю же, Вселенная та ещё сука.
Скольжу ладонью по лицу, сжав пальцами губы. Я устал. Мне требуется отдых. Немного. Смотрю на дорогу, освещенную неприятным теплым оранжевым светом фонарных столбов. По обе стороны — жилые дома. Взгляд сосредоточен, но мысленно меня опять уносит не совсем в нужном направлении.
…Грудью прижимается к нему, щекой надавив на горячий лоб. Теперь парень сам полон тепла, медленно превращающегося в жар. Её руки неаккуратно тянут рукава кофты вниз, желая оголить больше тела, и он даже не задумывается о состоянии своей кожи. О том, зажили ли все раны? Плевать. Насколько в данной ситуации ему плевать. Он может только дергать головой, чтобы заставить девушку оторвать лицо. Она так и поступает, носом скользнув по его щеке. Громко дышат друг другу в приоткрытые рты. Будто обмениваются частичкой себя.
