Оглядываюсь на хорошо проводящих время подростков и вздыхаю. Хочется стать частью этого балагана, но, увы, видимо, ничего общего между нами нет. Жаль. Трудно мне будет на новом месте, среди новых людей. Уже предвкушаю свою чертову обыденность в полном отрешении от общества.
Стучу ногтями по стеклу бутылки, заприметив показавшегося из гостиной Марка, начавшего озираться по сторонам, и в голове опять звучит фраза Агнесс, призывающая к побегу, поэтому давлюсь пивом, поворачиваясь к длинному причалу. С недоверием изучаю деревянную поверхность, качнув головой.
А к черту. Там столько людей. Он вряд ли обвалится, главное, уйти подальше от этого хренова самца с весенней течкой мозгов.
Ступаю осторожно по причалу, протискиваясь ближе к центру, чтобы не стоять у опасного края. Приходится протолкнуться, помешав людям общаться. Извиняюсь без остановки, постоянно оглядываясь назад, на дом, понимая, что этот тип всё ещё ищет меня, выглядя очень недовольно.
Что? Обломалось, придурок?
Передергивает от ударившего головокружения. Опускаю взгляд на бутылку, пальцами касаясь лба, пока медленно перебираю ногами к концу причала, где сосредоточенно чуть меньше народу. Вот и алкоголь сказывается. Главное, не переборщить, а то вдруг потеряюсь и не смогу вернуться в гостиницу.
Подхожу к перегородке у самого края причала, и с тянущей болью между ног опираюсь на неё руками, поддавшись немного вперед, дабы разглядеть бешенный поток внизу. Два моих сильных страха: вода и высота. Комбо для организма, который начинает реагировать тошнотой и давлением в висках. Избегаю издевательства над сердцем и поднимаю глаза, концентрируясь на разноцветном, ярком городе вдали, дабы не дать сердцу возможности скакать, как безумное. Сначала не удается расслабиться. Постоянно переживаю о возможностях древесины под ногами, но чем больше глотаю пиво, тем меньше меня беспокоит состояние причала. Укладываю руки на перегородку, стуча горлышком бутылки по влажным губам. Смотрю перед собой, начиная замерзать. Ветер сильный. Морозный кислород бьет по легким. Сто процентов заболею, но вид, открывающийся отсюда, того стоит.
Так и стою. Молча и тихо, пока позади кипит активная жизнь. Слышу, как очередные добровольцы, лишенные извилин в мозгу, плюхаются в воду, визжа от холода. С одной стороны, вокруг слишком шумно. С другой… Этот шум уходит на задний план. Я вовсе его не воспринимаю, изучая сверкающие звезды на небе.
Вдруг что-то ледяное касается моей щеки, и от неожиданности я вздрагиваю, ощутив сильное давление в глотке из-за встрявшего там воздуха, что вынуждает меня кашлять. Поворачиваю голову, прижав ладонь ко рту, пока прочищаю горло, и своим озадаченно-хмурым взглядом нахожу лицо парня, который убирает бутылку пива от моего лица, нагло усмехнувшись:
— Дети должны спать в такое время, — Дилан остается доволен моей реакцией. Опирается бедром на перегородку, делая глоток алкоголя, и с издевкой в глазах повторяет за мной кивки головой, пока я кашляю, сдерживаясь, чтобы не треснуть ему по лицу. Придурок.
Наконец, в горле перестает першить, поэтому запиваю сухость горьким пивом, одной рукой держусь за перегородку, чтобы уберечь себя от потери равновесия, ведь алкоголь неслабо так бьет по мозгам.
— Что ты здесь делаешь? — О’Брайен спокойно заговаривает со мной, а получает в ответ мое презрительное фырканье. Встаю к нему боком, всем видом показывая, что не совсем настроена на игнорирование его шуток. Дилана это только раззадоривает. Он делает шаг, встает ближе ко мне, локтями опираясь на деревянную перегородку:
— Девочка пошла в отрыв?
Закатываю глаза и хочу сделать глоток, но обнаруживаю бутылку пустой. Черт.
— А ты? — без надежды на тишину вокруг себя заговариваю, обращаясь к парню с ворчанием. Поворачиваю голову, взглянув на него в упор:
— Ты что здесь делаешь?
— Ну, — О’Брайен стучит краем горлышка бутылки себе по подбородку. — Мне было скучно. Узнал про вечеринку. Пришел, — коротко и ясно. Пожимает плечами:
— В принципе, всё, — опять на его лице читается наглость. — Ты здесь с друзьями-неудачниками?
— Сам ты неудачник, — фыркаю, отвернув голову, и складываю руки на груди, начав постукивать бутылкой о дерево.
— Они здесь? — Дилан не оставляет данный вопрос, поэтому качаю головой, замечая, как довольная ухмылка парня становится «ярче» на бледном лице.
— Ясно, — он смотрит перед собой, делая глоток, но она глупо надеяться, что на этом наша «милая» беседа подходит к концу. От алкоголя голова становится тяжелой, мысли канут в омут сознания, но не даю себе потерять бдительности, от того выгляжу так серьезно, что вызывает смешок со стороны парня:
— Лицо попроще, крольчатина, — сильнее хмурю брови, стрельнув косым взглядом в его сторону. — Что за напряжение?
— Вот хотела отдохнуть, — с уколом процеживаю. — А тут ты.
— Обожаю разочаровывать людей, — странно, но, кажется, Дилан в отличном расположении духа. Думаю, тут, среди шумной музыки и толпы, с бутылкой алкоголя, он ощущает себя комфортно. Даже завидно.
