— Съездим в офис «Хайселл», посмотрю, что там за кабинет мне выделили, навестим Хьюго… Он же завтра улетает?
— Да. Самолет в шесть вечера.
— И потом домой, — Эмма высыпала остатки чая в маленький заварник и задумавшись на секунду добавила, — нет, еще чай поищем. Хороший, успокоительный…
— Успокоительный? — Ларсон насторожился и замер, держа крошечную чашечку с кофе для Руди.
— Да, врачи для нервов советуют.
— А кто-то собирается их тебе мотать?
— Боюсь, что меньше чем через неделю от желающих отбоя не будет, они выстроятся в очередь за нашей дверью или разработают специальный график посещений.
— Это кому же ты дорогу успела перейти?
— Сеньор Селестино приехал сюда для заключения сделки. В Трибеке будут строить новую высотку.
— Ты же «внутренностями» занимаешься, — Ларсон забыл слово дизайнер и упростил определение до нельзя и Эмма рассмеялась.
— Да, сеньор Селестино тот еще выдумщик, — подал голос Руди, но девушка резко метнула на него строгий взгляд и крупный мужчина с малюсенькой чашечкой, зажатой между большим и указательным пальцем, едва не провалился под стол.
— Буду работать с одним архитектором в команде. Кстати, не удивляйся, если он к тебе внештатно заскочит.
— А он уже знает твой домашний адрес?
— Да…было дело… Как оказалось, мы с ним знакомы, — задумчиво протянула Эмма и память ехидно подсунула воспоминания с их первого свидания с Ллойдом.
Ночь, тротуар, его голубые глаза, в которых не было ничего целомудренного и ее мысли, непристойные настолько, что даже сейчас Эмма немного покраснела.
— Имя есть у него? — Ларсон старательно строил из себя идиота, но несложное уравнение уже выдало верный ответ…
— Ллойд Грэнсон, — ее голос прозвучал глухо и подхватив кружку с чаем Эмма села за стол, старательно пряча глаза. — Кстати, сегодня нагрянут фотографы. Наглые, шумные, капризные. Увы, этого не избежать, но не позволяй им тут разгуляться. Одного часа на съемку им хватит. Потом гони в шею.
— А можно?
— Можно!
— Знал бы раньше, одолжил бы у Дебби дробовик, — хохотнул старик и Руди довольно заулыбался оценив шутку.
— Скажи им, что Руди приедет, этого хватит. Кстати, как Дебби поживает?
— Она недавно уехала навестить родственников в Альберте. Дамочка она теперь состоятельная, но думаю скоро примчится. Рони, как всегда в должниках, а у Дебби каждый доллар на счету. От старых привычек трудно избавиться!
С восхищением глянув на телохранителя, Ларсон увидел, как тот скромно потупил взор, словно услышал в свой адрес наивысшую похвалу, а Эмма с упоением слушая рассказ старика, давалась диву, что люди в этом доме, кажется, совсем не изменились.
Воскресение было уже близко и проведя несколько умозаключений Ларсон решительно заявил:
— Я знаю, где продается хороший успокоительный чай…! Езжайте по своим делам, а я немного прогуляюсь. До магазина и обратно! А то купишь еще какую-нибудь дрянь! И не спорь! Они видят все, эти продавцы… А ты, Эмма, сейчас выглядишь, как кошелек на ножках, а вот старика не обдурят, тем более, что меня уже в лицо там знают!
Эмма скептически посмотрела на Ларсона и улыбнулась.
— Договорились!
Так то было лучше!
В проницательности старик недостатка не имел и одно только упоминание имени Ллойда сразу вырвало из Эммы приподнятое настроение. Неужели он допустил роковую ошибку в том, что не сообщил, что Ллойд искал ее?
Долго искал.
Но прокрутив события минувших дней, Ларсон непременно натыкался на самый весомый аргумент, который сподвигнул его утаить тогда правду — безжизненный взгляд одного единственного глаза Эммы, когда она лежала в больнице, который не шевелился сутками и ожил лишь тогда, когда было принято некое решение, которое увлекло Эмму за океан. И это решение, как теперь выяснилось, касалось работы.
Эту девочку спасала именно работа, а ухажеры были источником ее бед.
Компания «Хайселл», не в пример, своим конкурентом располагалась в довольно скромном по меркам Большого Яблока, офисе. Никаких вычурностей, сдержанный тон рабочей обстановки, молчаливый персонал, который крайне ценил занимаемые места.
Восемнадцатый этаж в небоскребе Блумберг Тауэр на Лексингтон-авеню обходился недешево Хьюго Селестино, но глава корпорации «Александерс», которая владела зданием, был в тесном знакомстве с итальянцем, а потому ему была обозначена рекордно низкая цена аренды.
Райан Мэдсен ожидал прибытия мисс Кейтенберг прямо на улице, дабы у нее не заронилась даже мысль о его поверхностном отношении к ее персоне. Получив весьма подробные инструкции от своего босса, Мэдсен был крайне удивлен только одному пункту — относительно личного секретаря для Эммы.
Помимо стандартного требования к профессиональным данным, человек, назначенный на эту должность должен был обладать навыками оказания первой медицинской помощи.
В «Хайселл» слухи о Кейто ходили разные и многие поражали воображение изощренностью и глупостью. Но все работники компании единодушно сходились во мнении, что Эмма Кейтенберг в первую очередь продолжила себе путь к циничному итальянцу далеко не талантами дизайнера.
