— Течение учёл? — не стал я оставлять его в покое, поскольку хотелось слышать рядом чей-то голос, чтобы не так сильно мандражировать самому.
— Да! Учёл! Отстреляемся точно так же, как и по первому кораблю! Течение нам в помощь! Главное, чтобы японец на циркуляцию уйти не успел! Этот-то не стоит на якорях!
— Да хрен с ней, с этой циркуляцией! Главное, чтобы он по нам прежде не попал! — прокаркал я, как самая настоящая ворона, тем самым заслужив шипение со стороны всех меня услышавших членов экипажа.
Ну и, естественно, накаркал. Снаряд в движки нам всё же засадили. Правда уже сильно после того, как мы вышли на дистанцию минной атаки и сбросили обе «рыбки» в воду. Как и все остальные катера нашего отряда.
Тут нам сильно повезло, а японскому флагману сильно не повезло в том плане, что он изначально являлся небольшим, тихоходным и старым крейсером 2-го ранга. Ему ведь уже почти 20 лет исполнилось так-то! И все эти годы он активно эксплуатировался, воевал, да ржавел потихоньку всеми своими внутренностями. С ним даже перевооружение на современную скорострельную артиллерию сыграло злую шутку.
Точнее не так. «Наниве» не повезло в том плане, что его заточили исключительно на противодействие нашим крупным бронепалубникам, впихнув на палубу аж 8 шестидюймовых орудий.
В результате на его борту банально не осталось места для установки лёгких и скорострельных пушек противоминной артиллерии — той самой, что предназначалась для борьбы с миноносцами и минными катерами.
Проводившие модернизацию корабля судостроители сподобились пристроить всего две 57-мм скорострелки на его носовой части, лишь одно из которых могло вести огонь в нашу сторону. И на этом всё!
Понятно, что таким куцым противоминным огнем остановить атаку четырёх катеров оказалось совершенно невозможно. А для 152-мм орудий мы представляли собой слишком мелкие и шустрые мишени, вшестеро уступая по общей площади своих корпусов даже находящимся здесь же небольшим японским миноносцам.
Вдобавок шедший с отставанием в 2 кабельтова следом за своим флагманом крейсер «Ниитака», который как раз таки мог нашпиговать нас солидным количеством 47-мм и 76-мм снарядов, как и весь его экипаж, являлся зелёным новичком в японском флоте, вступив в строй буквально за полторы недели до начала войны. Отчего экипаж банально не успел освоить свой корабль.
К тому же, на него спихнули тех, кто прежде оставался вовсе невостребованным на прочих кораблях японского флота. Что так-то говорило многое о профессиональных навыках его матросов и офицеров.
Да, с его борта активно пытались закидать наши катера снарядами, однако выучка расчётов оказалась, мягко говоря, откровенно паршивой, отчего они не добились вообще ни одного попадания в кого бы то ни было. Там даже о накрытии не могло идти речи, столь криво и косо вели они огонь.
Мой же катер подбило 47-мм орудие миноносца «Манадзуру». Следуя хвостиком за катером ведущего, я сперва отвернул право на борт, чтобы побыстрее уйти от огня кинувшихся врассыпную от выпущенных нами торпед японских крейсеров, а спустя пару минут вынужден был заложить резкий поворот на левый борт. Это папа́ разглядел идущие с запада прямым курсом на «Варяг» японские миноносцы и повёл нас в самоубийственную атаку им навстречу. Лоб в лоб!
Да, он сделал то, чего никак нельзя было бы ожидать от любого российского олигарха тех времен, в которые я доживал свою прежнюю жизнь. Не раздумывая, поставил свою жизнь на кон, чтобы только спасти корабли отечественного флота. Другие нынче были времена, другие люди. Да и в середине XX века такие всё ещё встречались повсеместно и у всех народов. А вот в более поздние года… Эх. Поизмельчал народец.
Мы как раз завершали поворот на левый борт вслед за ведущим, как в полутора метрах передо мной что-то взвизгнуло, раздался страшный скрежет, предсмертный рёв подбитого мотора, а после в воздух полетели части обломанных поршней. И всё это под стрёкот нашей носовой пулемётной спарки, бьющей по приближающемуся японскому миноносцу длинными очередями буквально на расплав стволов.
Естественно, потеряв половину своей мощности, мой катер мгновенно клюнул носом, а также ушёл в неуправляемую циркуляцию, поскольку погибла только одна спарка моторов, тогда как вторая продолжала работать на полную катушку. Это-то нас и спасло от тарана японцем.
Мы буквально на пятачке́ развернулись, за секунду-две встав параллельно направлению хода «Манадзуру». И в итоге разошлись с ним бортами на дистанции в какой-то метр-полтора.
