Впрочем, у России и своих проблем хватало с головой, чтобы отказываться от мира с Османской империей. И потому максимум, чего нам вышло выторговать себе или же, скорее, вырвать с кровью не столько у осман, сколько у союзничков — это неотъемлемое право на беспрепятственный проход всех наших кораблей через проливы. Да плюсом к этому согласовали присоединение к России занятых нашими войсками на Кавказском фронте земель с преобладающим на них армянским населением.
Договорились как-то, в общем. Где-то к концу мая был подписан дополненный текст перемирия с османами. И все мгновенно принялись выклянчивать у нас зерно, войска и корабли. Как будто нам самим хватало! Но, увы, было много тех, кто требовал внять просьбам союзников.
Пришлось тут нам с папа́ даже давать взятки и финансировать появление нужных статей в газетах, чтобы Дума проголосовала как нам надо. То есть, чтобы ни один солдат России не отправился, словно проданная на забой скотина, непосредственно на Западный фронт сражаться за интересы европейцев вместо них самих.
Однако про зерно, увы, и слушать не хотели. Страна критически нуждалась во внешнем финансировании для продолжения ведения войны, а потому отгрузки из Одессы быстро начались в каких-то головокружительных объёмах.
Зато линкоры черноморские и, уж конечно, построенные моим гением авианосцы, оказавшись в Средиземном море, практически мгновенно склонили чашу весов противостояния в сторону стран Антанты.
В то время как австрийцы с целью сохранения кораблей позволяли себе прятать весь свой флот в полнящихся якорными минами водах Адриатики, те же итальянцы ничего подобного себе позволить не могли перед лицом французов. За что и поплатились потерей аж 6 линкоров при неожиданном авиационном нападении на их якорную стоянку в порту Таранто. А после близ Неаполя отправились на дно морское и все 4 достраивавшихся там сверхдредноута. Не говоря уже о прочих кораблях.
Война на этом всём, конечно же, не прекратилась. Ни Рим, ни Вена так и не капитулировали, надеясь отыграть свои позиции назад. Плюс немцы были всё ещё сильны изрядно. А внутренних проблем у моей родной и, вроде как, выигрывающей страны накапливалось с каждым новым днём всё больше и больше. Мне даже начало казаться ближе к лету, что революция подходит к нашему порогу. Не нивелированная мною буржуазная, а большевистская со всеми её жертвами и перегибами. Что так-то было очень уж не вовремя!
[1] Стандартный батальонный миномёт РККА и Российской армии имеет калибр 82-мм
— Что за странный шум там за окном? — прокашлявшись, поинтересовалась Надя, поглубже закутываясь в шерстяную шаль. И это, блин, при том, что батареи жаром пыхали вовсю, а перед ней потрескивал берёзовыми поленьями отдающий приятным обволакивающим теплом камин.
Мы всей семьёй два месяца как переболели этой чёртовой «испанкой», о появлении которой я предупреждал весь мир, укрывшись за личиной Фантомаса. И вот теперь жена с тех пор всё время зябла, тогда как дети и я сам, тьфу-тьфу, перенесли болезнь без всяких видимых возможных осложнений и последствий.
Чего, увы, нельзя было сказать про некоторую родню. Так, к сожалению, наша извечная палочка-выручалочка — Павел Рябушинский, оказался вынужден совершенно отойти от дел, поскольку вызванная новым гриппом тяжелейшая пневмония наложилась на подхваченный им где-то лёгочный туберкулёз. Он в итоге всё же выкарабкался, не иначе чудом отбившись от костлявой. Но отныне проживал безвылазно в Крыму, с трудом передвигаясь по небольшому саду личного поместья. Уж больно подкосила его силы вся эта зараза.
И нам бы тоже косточки погреть сейчас в каком-нибудь Майами. Месяца так два, а то и три. Но, блин, во-первых, в Штатах тоже вовсю зверствовала приставучая «британка», а, во-вторых, дела и служба вообще никак не отпускали из столицы никуда! А оставлять меня здесь одного, супруга совершенно не хотела. Вот и чаёвничали с ней в гостиной для сугреву, когда до нашего внимания докатился с улицы этот непонятный повторяющийся звук.
— Там идёт дождь и рота красноармейцев, — из интереса выглянув в окно, обозначил я увиденное, слегка приврав при этом.
— Рота кого? — понятное дело, не поняли меня и тут же уточнили.
— Рота революционно настроенных солдат, желающих свержения существующей буржуазной власти и монархии, конечно, — будто что-то само собой разумеющееся, пояснил покорный ваш слуга за этих самых выдуманных мною красноармейцев.
Почему именно выдуманных, а не всамделишных? Ведь на дворе уже стоял ноябрь третьего года войны!
Да просто я хоть и старался в политику особо не соваться своим рылом, на пульсе руку всё равно держал. И стоило только американским газетам начать активно обсуждать прибытие в Нью-Йорк изрядно одиозной личности — Льва Троцкого, а некоторой нашей прессе это дело повторить, как тут же полетел приказ в Детройт — найти и ликвидировать, не дожидаясь всяких Мексик да шпионов с ледорубами.
