— Ника, ты чего? Их истребили несколько столетий назад.
— Закрытые миры?
— О таких мало что известно.
— Лишка?
— Кто это?
— Ы-ы-ы! — От бессилия схватилась я за голову. Это что, розыгрыш такой?! Если да, то ни капельки не смешно! Или... Или вдруг я попала в параллельную реальность? Ту, где после смерти отца мне удалось возвратиться в Междумирье и прожить счастливое детство с семьей Лео? Тут же помотала головой. Да нет, даже для мира фэнтези это уже перебор.
А тем временем, вокруг начало происходить что-то странное. Стены зашевелились будто в симуляторе, окружающее пространство стало стремительно уменьшаться в размерах. С напарником тоже было не все нормально: его лицо вдруг подернулось легкой дымкой, волосы в один момент побелели, а плечи уменьшились в размере. Единственное, что осталось прежним — ярко голубые глаза.
— Николетта, очнись, — проговорил он не своим голосом.
— Что?
— Ты должна открыть глаза.
— Я н-не понимаю, — пискнула я испугано, вглядываясь в знакомые мужские черты. Сейчас возле кровати стоял совсем не Кайл. Это был магистр Рокл. В голову пришла неуместная мысль, что они чем-то похожи.
— Ну же, Лисаева, хватит пребывать в фантазиях. Понимаю, такое частое перемещение через закрытые миры выматывает, но нужно и меру знать. Просыпайтесь, наконец, — сурово приказал ректор и спальня вдруг пошла трещинами. Мужчина удовлетворенно хмыкнул: — Вот и умница.
— Знаете, адепт... — Первое, что я увидела, придя в себя, было улыбающееся лицо магистра Рокла. — Если вы так и продолжите лежать без сознания, ваши друзья точно с ума сойдут от волнения. А я сойду с ума от их требований. Надеюсь, вы понимаете, что сумасшедший ректор — не лучшее начальство?
Хихикнув, медленно поднялась с дивана. Оказывается, АПП переместил нас со спасителем прямиком в его кабинет. Знакомые бархатные шторы были как всегда задернуты, на столе привычно лежала груда бумаг. Пока разглядывала обстановку комнаты, поймала себя на мысли, что за эти полтора дня ужасно соскучилась по Академии и по всем ее обитателям.
— Значит, Николетта... — В стенах кабинета мое имя прозвучало как приговор. Я вздрогнула и судорожно сглотнула, не смея поднять взгляд на ректора. Попала. И в этот раз по-настоящему.
— Красивое имя. Стало быть, сокращено — Ника? — не спешил казнить обманщицу магистр. Он вообще вел себя подозрительно спокойно: не кричал, не обвинял меня в воровстве и самовольной вылазке в другой мир. Даже двухгодичная ложь не вывела его из равновесия. — И сколько же вам, Ника, лет?
— В этом году будет двадцать один...
— Вот как.
Я все ждала, когда же мужчина объявит о моем отчислении, но он молчал. Молчал и, кажется, вообще думал о другом. Спустя еще несколько минут тишины не выдержала:
— М-магистр Рокл, — позвала совсем тихо. — А вы меня накажете, да?
— Возможно.
Обреченно сгорбилась.
— Если только, — продолжил Рокливион. — Вы не расскажете мне все, что знаете о своем отце.
— О папе? — вконец ошалела я и все-таки подняла взгляд на преподавателя, чтобы в следующее мгновенье шокировано замереть. О, магистр действительно не был зол, он... улыбался! Так весело и непринужденно, будто мы тут не о важных делах разговариваем, а анекдоты травим.
— И еще кое-что, — все также улыбаясь, произнес он. — Надеюсь, теперь, когда вы на себе прочувствовали все последствия от ритуала привязки, вам удастся уберечь своих друзей от ошибок?
— Н-не понимаю.
— Ну же, Лисаева, — ректор специально выделил последнюю букву. — Включите вашу хваленую сообразительность. Подумайте, зачем неглупому и рассудительному адепту резко менять свои планы, бросать друзей, похищать артефакт и переноситься неизвестно куда без подготовки и должного инструктажа? Вам самой не показалось, что это выглядело немного странно?
— П-показалось, — проблеяла неуверенно.
— Уже неплохо. Тогда слушайте и запоминайте. Ритуал привязки действительно энергозатратен, и требует много сил, как физических, так и моральных. Кроме того, он имеет некоторые последствия, о которых я не стал упоминать на собрании. После привязки маг не только чувствует полное опустошение, но и становится одержим своими самыми потаенными желаниями. Все чувства обостряются, в крови повышается адреналин, а наиглупейшие идеи становятся невыносимо притягательными. В тот момент, когда АПП настраивался, вы думали о своей семье. Скорее всего, катализатором послужила новость о существовании артефакта и возможности перемещаться в закрытые миры. Вы, адепт, не смогли совладать с эмоциями, ритуал же отключил последний здравый смысл.
— И почему у меня такое ощущение, что об артефакте нам рассказали не просто так… — пробормотала себе под нос, но ректор не услышал. Или не пожелал услышать. — Кстати, — сказала я уже громче. — Магистр Рокл, а что вы делали в моей квартире?
— Наконец-то правильный вопрос, — удовлетворенно кивнул маг, встал с дивана и, подойдя к рабочему столу, уселся в кресло. — Я обязательно на него отвечу, но прежде хочу услышать ваш рассказ. И меня интересует все: как вы с Артэлом жили, чем занимались и что конкретно произошло между вашими отцом и матерью.
