Она торчит прямо у них перед глазами, до середины уйдя длинным блестящим телом в кучу песка и щебня. Солнце Патрокла рождает блики на ее затворе. От нее пахнет горячим металлом и опасностью. Она прекрасна. Она идеальна. Ворка замирают на вдохе, а потом в три скачка оказываются рядом, хватаются за приклад и вдвоем выдергивают из песка снайперскую винтовку «Ки-Шок», которой так и не суждено сделать в этот день ни единого выстрела.
С другой стороны кучи песка лежит человек, раскидав в стороны ноги и руки, но ворка, чье внимание целиком отдано находке, не замечают его.
Винтовка в последний раз защищает Заида Массани, пусть и необычным способом. Ворка редко задаются вопросами: а стоит ли перерезать горло человеку, который лежит без сознания, не повлияет ли это на мировую гармонию? Им нет дела до мировой гармонии, зато они умеют очень ловко обыскивать трупы.
Через шесть часов и сорок восемь минут винтовка «Ки-Шок» познакомится со своим новым владельцем, который даст ей дурацкое имя «Оленебой». Жизнь бывает несправедлива к самым верным друзьям и соратникам.
Лиара Т’Сони так торопится, что даже не нарисовала себе брови перед вылетом, а это о чем-то говорит. Лиара не из тех, кто позволяет себе быть неопрятной, особенно при посторонних.
Правда, если ее информация верна — а она верна, потому что Лиара очень хороший Серый Посредник, — всех посторонних, скорее всего, придется убить, а Шепард можно не стесняться.
Ногой в изящном ботиночке Лиара изо всех сил жмет на педаль, пока ее пальцы порхают по панели управления челноком. Она не смотрит на радар и не ищет взглядом на экране алую точку маячка. Голубое зарево, взметнувшееся над горами Патрокла — прекрасный ориентир. Если бы подруга хотела просигнализировать Лиаре «Шепард здесь», она не могла бы выбрать лучшего способа.
Несчастная машина мчится с такой скоростью, что еще немного — и от трения о днище вспыхнет даже воздух.
Торн выбирается наружу через разлом в скале.
Еще недавно этого разлома не существовало в природе. Он появился, когда горы содрогнулись, и взрыв обновил местный ландшафт. Торн ничего не знает о природе взрыва. Он и не думает о ней. Он знает одно: ему наконец повезло. В конце концов, он же теперь большой босс, должно же ему фартить, верно? Иначе в чем смысл быть большим боссом?
Мысли об удаче мгновенно покидают Торна, когда он, уже до пояса высунувшись между камней, видит, как в зеленый челнок с золотой полосой — его собственный челнок! — запрыгивают двое ворка с крутой снайперской винтовкой в лапах.
— Стоять, суки! — кричит Торн и сплевывает кровь на песок.
Но ворка уже море по колено. Это их день. Какой-то любящий ворка бог, если такие боги вообще существуют, обратил на этих двоих свой милосердный взор. Правда, ворка сперва по привычке испуганно прижимают уши, но им хватает одного взгляда, чтобы убедиться: торчащая из-под земли половина батарианца не представляет серьезной угрозы.
— Ты идти нахуй! — радостно вопят они, и челнок набирает высоту.
Торн, матерясь и шипя от боли, выбирается наружу, но все, что ему остается — послать вслед беглецам торжественную очередь из винтовки. Если бы Заид Массани был в сознании, он бы мог дать Торну мастер-класс.
Заранее скажем, что ворка не продадут челнок, в отличие от винтовки. Они возьмут вырученные деньги и все совместно нажитое имущество: один на двоих древний пистолет без термозарядов, три грамма красного песка и полотенце, — и улетят с Патрокла навсегда. Они возьмут курс на Цитадель, чтобы поучаствовать в кастинге для следующего сезона сериала про Бласто.
Не факт, конечно, что они долетят. У ворка плохи дела с прокладыванием курса и расчетом количества топлива. Но даже у маленьких глупых ворка может быть большая мечта.
Торн, правда, с этим не согласился бы. Он рычит, хрипит и проклинает грабителей, а заодно и свою удачу. Однако удача — дама капризная. И она посылает Торну челнок. Серебристый челнок, который несется к бывшей шахте с громадной скоростью. Когда он останавливается, под ним дымится земля.
В этот день в районе шахты «Мечта» очень оживленное движение.
Когда из челнока выпрыгивает азари в модном костюмчике, Торн широко плотоядно улыбается и шагает навстречу.
— Так, девка, — говорит он, — ключи от зажигания сюда, и…
Пуля из пистолета входит точно в центр между четырьмя глазами. Лиара Т’Сони все делает безупречно, даже если очень спешит.
Когда ты большой босс или хотя бы самый крутой боец в окрестностях, в тебя начинают намного чаще стрелять.
Коммандер Шепард не даст соврать.
Лиара замирает на краю воронки, на дне которой свалена куча камней, а посреди этой кучи в измятой, покореженной и исцарапанной броне лежит коммандер Шепард и не реагирует на внешние раздражители. Вся она с ног до головы усыпана щебенкой и бетонной пылью, из-под которой проглядывает розовая эмаль.
— Шепард! — восклицает Лиара. И добавляет осторожно, словно пробуя слово на вкус: — Блядь.
