И второй раз за пять минут останавливаюсь так резко, что шел бы за мной кто-то – врезался бы в спину. Медленно поворачиваюсь к Андрею и молча смотрю снизу вверх на парня, чувствуя, что готова его прибить, пока тот рассказывает про какое-то мероприятие в нашем корпусе, из-за которого отменили три лекции.
– Андрей, а почему никто не написал в чат? Или меня одной из всей группы вчера не было?
Глаза одногруппника округляются, и он судорожно шарит по карманам огромной ветровки.
– О-о-о… Точно! – Достав мобильный, быстро что-то печатает. – А я думаю, че хотел сделать? Сорян, ща поправим. Да, вчера еще пары человек не было. Надеюсь, кроме тебя никто не приехал.
Телефон в руках вибрирует. Сообщение от Андрея приходит в общий чат, а я еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.
– Ну, все! Готово! – И снова широкая улыбка красуется на лице заместителя старосты. Если бы кто на первом курсе сказал, что он настолько безалаберный, я бы попросила в помощники девчонку! Но тогда казалось, что активный и болтливый парень будет полезнее.
– Андрей, если пары отменили, что ты тут делаешь?
– Да мне в деканат надо было бумажки отдать, пришлось тащиться. Ладно, Вась, дождь сейчас ливанет, а мокнуть неохота. – И, спеша покинуть улицу, парень машет синей папкой, оставляя меня посреди дороги и прохожих, через один раскрывающих зонты. – Чао!
– Чао.
Вытираю со щеки холодные крупные капли. Времени на раздумья – всего ничего.
Уткнувшись взглядом в стремительно сыреющий асфальт и острые носы черных туфель, соображаю, куда идти. Обратно в галерею? До метро бежать далеко. Так еще и от станции до галереи прилично идти. Домой или куда-нибудь в ближайшую кафешку, чтобы переждать?
Да. В кафе было бы идеально.
А в следующий миг очередной порыв ветра доносит согревающий терпкий мускусный аромат. Теперь я узнаю его из тысячи.
Перед носами туфель – черная кожа мужских ботинок. Распахнутые полы шерстяного пальто этого же цвета. И серые глаза.
– Я так понимаю, обед все же в силе. Пошли. А то ты уже промокла.
И отчего-то стало спокойно и хорошо. Вся злость улетучилась, когда, взяв за руку, Виктор почти побежал со мной до машины, бросив что-то про мазохистскую любовь женщин к высоким каблукам.
Виктор
Погода на улице окончательно испортилась. Небо заволокли тяжелые тучи, которые уже несколько столетий давят на город свинцовой тяжестью, желая сравнять его с высотой гранита на Неве. Косые струи дождя стеной отгораживают друг от друга людей и автомобили, ползущие по проезжей части. Дворники на стеклах работают безостановочно. Черные зонты мелькают то тут, то там.
Стоя под красным козырьком ресторана в одной рубашке, ежусь от холода: очередной порыв ветра пробрался под ткань и стеганул по ребрам ледяной плетью.
Наспех попрощавшись с Александром и завершив звонок, с жадностью вдыхаю сырой промозглый воздух родного города, но не задерживаюсь на улице. За капризами погоды лучше наблюдать из теплого помещения. Да и ждут меня.
Распахнув тяжелую деревянную дверь, захожу в бар-ресторан, отряхиваю капли воды с плеч. Волна воздуха из кондиционера над входом запускает табун мурашек, пробежавших от загривка до поясницы. То ли от этого теплого дуновения, то ли от приятного ощущения, когда ты знаешь – в такую погоду тебя кто-то ждет за чашкой чая. И мне хорошо.
Спокойно. Тихо.
Без труда выцепив взглядом распущенные светлые локоны, иду к дальнему месту прямо у окна.
Небольшое популярное заведение в историческом центре города пропитано атмосферой старого Петербурга. Пятиметровые потолки, панорамные окна на Исаакиевский собор и столики со стульями в стиле парижских кафешек в духе ушедших эпох. Камерное, с претензией на уют, сегодня кафе почти пустует. Туристический сезон завершился, а обед у многих уже закончился.
Василиса сидит за столиком на двоих. Рядом с ней официант, на которого она даже не смотрит, закрывшись волосами и уткнувшись в широкую карту меню.
И, помимо спокойствия, я тут же чувствую аккумулирующее энергию напряжение.
– Добрый день. – Подходя ближе, сканирую взглядом молодого человека, но, получив в ответ вежливое приветствие и дежурную улыбку, не замечаю ничего подозрительного. – Выбрала что-нибудь?
– Да, но если хочешь, закажем вместе. – Она так и не поднимает головы ни на меня, ни на официанта. И это действительно странно. Парню лучше исчезнуть.
– Пожалуйста, дайте нам еще пару минут, – обратившись к официанту, сажусь на свое место напротив нее. Стоит парню уйти, Василиса кладет меню на стол.
Догадка проскальзывает в мозгах, когда замечаю, как необычно лежат волосы. Закрывают левую часть лица. Она заправляет прядь за ухо, когда мы остаемся вдвоем.