Он спокойно приближает свое лицо к моему и, сместив руку с талии на затылок, прижимается своими губами к моим. В этот раз Алексей не так деликатен. Он вжимается в мои губы с большим напором, а потом на секунду отстраняется.
– Расслабь губы, – бормочет. – Я поведу.
Сделав глубокий вдох, расслабляю губы и прикрываю глаза. Этот поцелуй и правда отличается от первого. Он зажигает каждый нерв в моем теле. Потому что Алексей не деликатничает. Он сразу же раздвигает своим языком мои губы и врывается в мой рот. Бесцеремонно и совершенно наглым образом, не давая мне ни секунды на то, чтобы осознать происходящее. Хозяйничает у меня во рту, облизывает губы и снова напирает.
В какой-то момент я окончательно сдаюсь и робко касаюсь своим языком его, и все тело начинает ныть от наслаждения. Я не хочу получать от этого удовольствие! Но инстинкты и желания, судя по всему, не собираются советоваться с разумом. Они просто позволяют свершиться этому возбуждению.
Алексей, будто получив одобрение своим действиям, напирает сильнее, углубляя поцелуй и практически превращая его в неприличный.
– Гости могут присоединиться к молодым! – раздается голос ведущей, и мы с Алексеем отрываемся друг от друга.
Пожарище в его глазах пугает меня, и я легонько дергаюсь, борясь с желанием убежать. В который раз за этот день. Но Алексей не позволяет, вернув руку на мою талию и снова прижимая меня к себе так крепко, что мне становится тяжело дышать. Его огромная ладонь вжимается в мою поясницу и слегка сминает ткань платья.
– Не такой уж я и страшный, правда? – спрашивает он, и уголок его губ слегка приподнимается.
Почти улыбнулся. Мне. Он за весь праздник еще ни разу мне не улыбнулся. Зато щедро расточает свое обаяние на гостей.
Бросив взгляд мне за плечо, Алексей слегка напрягается, и его лицо становится буквально каменным. Я поворачиваю голову в ту сторону и замираю, не дыша. За пределами танцпола чуть поодаль стоит Плюханов с огромным букетом белых роз и пялится прямо на нас.
– Пойдем, – Алексей берет меня за руку и разворачивает в сторону непрошеного гостя.
– Я не пойду, – качаю головой.
– Пойдешь. Так надо. Мы не можем игнорировать гостей на собственной свадьбе.
– Но он угрожал мне! Избил папу!
– И будет за это наказан. А сейчас мы должны вести себя как подобает.
Алексей тянет меня за руку в сторону этого чудовища, а Плюханов стоит и смотрит на нас с мерзкой улыбкой. Но в глазах я вижу желание убивать, и от него у меня трясутся поджилки.
– Я рядом. Больше тебе ничего не угрожает, – тихо говорит Алексей, когда мы спускаемся с танцпола.
– Гром! – восклицает Плюханов радостно, как будто и правда искренне рад видеть моего мужа. – Поздравляю! Танюша, – он переводит взгляд на меня. – Ты сделала неправильный выбор, но тебе с ним жить.
– Попридержи язык, – с угрозой цедит Алексей, сжимая мою руку.
– Я же ничего такого не сказал, просто пошутил. Таня, это тебе, – он протягивает мне букет, а я неосознанно делаю шаг назад.
Алексей кивает охране, и те забирают букет из рук Плюханова. Он сам делает шаг ближе и понижает голос.
– Если ты думаешь, что я спущу на тормозах то, что ты отобрал у меня невесту, то сильно ошибаешься, – говорит он Алексею с улыбкой на губах.
– Она никогда не была твоей невестой, – спокойно отвечает Громов. – Если ты, Олег, решил жениться, надо сразу действовать, а не ломать ноги отцу невесты. Так ты никогда не женишься. Женщины так и будут сбегать от тебя.
– Ты че, сука? – шипит Плюханов, мгновенно меняясь в лице. – Забыл, с кем разговариваешь?
Отпустив мою руку, Алексей делает шаг к Плюханову и становится к нему нос к носу. Выражение его лица мгновенно меняется, и теперь я понимаю, почему его считают страшным. От него веет такой ужасающей энергетикой, что я сама невольно сжимаюсь, хоть вся эта угроза направлена не на меня.
– У тебя три секунды, чтобы съебаться с моей свадьбы, – угрожающе тихо произносит Алексей. В его голосе появляются стальные нотки, которые просто звенят опасностью. – Иначе я прямо на глазах гостей буду ломать кости в твоем теле, медленно и по одной. А потом, когда ты все еще будешь дышать, закопаю тебя прямо напротив стола, за которым сижу со своей женой. И буду жрать молочного поросенка, глядя на твою могилу и зная, что ты пытаешься из нее выбраться.
Волоски на моем теле встают дыбом, а к горлу внезапно подкатывает тошнота. Так вот за кого я вышла замуж? За монстра, который, кажется, в сто раз хуже хулигана Плюханова…
Татьяна
Я не слушаю дальнейшую беседу Алексея с Плюхановым. Пячусь, а потом, развернувшись, срываюсь с места и, как могу быстро, убегаю в здание ресторана.
– Тань! – слышу за спиной голос подруги, когда несусь к туалетам. – Тань, да погоди ты!
Забегаю в туалет и, вцепившись пальцами в край раковины, сгибаюсь пополам. Стараюсь дышать, но у меня не получается. Воздух застревает где-то в районе диафрагмы и не наполняет легкие. У меня гипервентиляция и, кажется, сейчас меня или вырвет, или я отключусь.
