– С тех пор она и на тебя зла, – заключил Себастьян, склонившись над столом для следующего удара. – С ней невозможно иметь дело!
– Может, и так, – пожал плечами Джастин.
– А теперь мы с ней здесь и ради блага вашего деда притворяемся, что души друг в друге не чаем! – добавил Себастьян.
Джастин рассмеялся.
– Да, верно! От него-то, кстати, сестренка и унаследовала знаменитое уитморовское упрямство. Не так-то легко убедить ее прислушаться к голосу разума!
– Вот почему я давно бросил это бесполезное занятие, – с этими словами Себастьян вытащил карманные часы и взглянул на циферблат. – Кажется, нам пора на ужин. Докончим партию позже.
– Да, пойдем, – кивнул Джастин, прислонив свой кий к стене. – Не терпится посмотреть, как вы будет любезничать!
За ужином Вероника сидела между Себастьяном и братом. Матушка восседала в конце длинного стола, бабушка по правую руку от нее, дедушка – по левую, Элизабет и Джессика слева от него. С братом Вероника едва перекинулась парой слов, но ее молчаливость с лихвой восполняла Джессика: с той секунды, как вся семья села за стол, рот у нее не закрывался.
– Расскажи всем, как ты представлялась королеве на своем первом балу! – добралась она и до Вероники.
– Я уже десять раз рассказывала! – ответила та недовольно. – Все было очень церемонно и волнительно, но, слава богу, быстро закончилось.
– Я каждый день занимаюсь танцами! – зачем-то сообщила Джессика, и карие глаза ее мечтательно затуманились. – Лучше всего мне удается вальс. Верно, дедушка? – взялась она за герцога.
– Верно, милая, вальс в твоем исполнении великолепен, – ответил тот, поднимая бокал в молчаливом тосте за внучку.
Вероника с матерью обменялись обеспокоенными взглядами. В нынешнем состоянии старику определенно нельзя было танцевать! Однако, зная характер деда, она не сомневалась: он настоял. Старый герцог порой бывал невыносимо упрям! Леди Маргарет лишь пожала плечами.
– А ты, Элизабет? – спросила Вероника, повернувшись ко второй своей сестре. – Какой твой любимый танец?
Разговор с сестрами делал атмосферу не такой напряженной: они давно не виделись, и она очень соскучилась, – а кроме того, болтовня позволяла не поддерживать ради дедушки беседу с Себастьяном.
– Я не люблю танцы! – отрезала Элизабет.
Зачем спросила об этом, Вероника не понимала: все и так знали, что балам и танцам она предпочитает уединение в библиотеке.
– Да как такое возможно? – живо повернувшись к сестре-близняшке, воскликнула Джессика. – Из всего, чему нас учат, танцы – самое интересное! А будущей весной мы выйдем в свет и начнем танцевать на настоящих балах с красивыми джентльменами! Не могу дождаться! – Она всплеснула руками и добавила со смехом: – Будем надеяться, для каждой из нас найдется такой же прекрасный и благородный джентльмен, как наш дорогой Себастьян!
Эджфилд чуть не поперхнулся от неожиданности, но благодарно кивнул и поднял бокал.
– Благодарю за комплимент, леди Джессика!
Затем тихо, но так чтобы услышала Вероника, добавил:
– Жаль, что ваша сестра обо мне далеко не столь высокого мнения.
– О чем это ты? – прошипела Вероника, бросив на него взгляд искоса.
– Ровно ни о чем, милая, – ответил он с широкой улыбкой и отпил из своего бокала.
– Что касается меня, – заговорил Джастин, как только подали первую перемену блюд – черепаховый суп, – я бы не отказался послушать наших молодых супругов.
В голове у Вероники беззвучно загремел тревожный набат. Джастин что-то задумал, это ясно как день! Всегда обожал ее дразнить и подкалывать.
– Вас ведь еще можно называть молодыми супругами? – уточнил Джастин, с самым невинным видом поворачиваясь сначала к Веронике, затем к Себастьяну.
– С какой стати? – возразила Вероника, изо всех сил (ради дедушки!) удерживая на губах приклеенную улыбку. – Мы женаты уже больше двух лет. И рассказывать особенно не о чем – жизнь у нас однообразная и довольно скучная. Верно, Себастьян? – обратилась она к мужу с легким нажимом в голосе, словно предупреждая, как бы что-нибудь не выкинул, поднесла к губам бокал и сделала глоток вина.
– Хм, даже не знаю, – протянул Себастьян, откинувшись на спинку стула, явно наслаждаясь беседой. – Я бы сказал, в последнее время наша семейная жизнь стала более… увлекательной.
Вероника поперхнулась вином, закашлялась, и Себастьян услужливо похлопал ее по спине. Едва перестав кашлять, она так пнула его под столом, что он охнул и наклонился потереть ногу.
Тем временем Вероника так посмотрела на брата, что тот понял: если немедленно не сменит тему, тоже получит.
– Что ж, если вам поделиться нечем, – с невинной улыбкой продолжил Джастин, – быть может, дедушка с бабушкой не откажутся ответить на мои вопросы.
– О чем ты хочешь спросить, мой милый? – ласковым, нежным, как колокольчик, голосом поинтересовалась пожилая дама, мягкие карие глаза которой излучали тепло и любовь.
– Мне любопытно, в чем секрет вашего столь долгого и, очевидно, счастливого брака?
Герцогиня хихикнула как девчонка.
