– Ты все, что угодно, скажешь, чтобы его защитить! – Вероника ненадолго замолчала. Ей не давал покоя еще один вопрос – тот самый, что крутился в голове с тех пор, как Себастьян упомянул о своей матери. – А ты знал, что они с матерью… – она не знала, как закончить фразу, запнулась, наконец договорила: – …не особенно близки?
Джастин фыркнул.
– Это еще мягко сказано! Эта женщина – настоящее чудовище. Себастьяна всегда терпеть не могла. Насколько я понимаю, возненавидела просто за то, что он родился. Дело в том, что отцу Себастьяна от жены нужен был только наследник: как только родился сын, он бросил ее в деревне, а сам отправился развлекаться в Лондон, – но она винила в этом собственного сына. Представляешь? Себастьян всегда говорил мне, что никому не пожелает такого брака! Еще и поэтому особенно жаль, что вы с ним оба такие упрямые ослы.
Вероника снова нахмурилась.
– Он так говорил? Что не хочет такого брака?
– А кто бы захотел на его месте? – усмехнулся Джастин. – Он всегда мечтал жениться по любви и думал, что его мечта исполнилась, пока вы с ним… гм… пока у вас не произошла эта несчастная размолвка.
Вероника тяжело дышала, изо рта ее вырывались облачка пара и таяли в холодном воздухе. Что такое Джастин говорит? Как это понимать? Себастьян мечтал о браке по любви?! Но как такое возможно? Он даже никогда не говорил, что любит ее! Она просто… желала… надеялась… а потом поняла, что все это время себя обманывала. И, разумеется, о любви он не говорил ей ни слова!
Любовь… Ха-ха! Да он с трудом два месяца вытерпел, прежде чем начал ей изменять, вернувшись к своей любовнице. Она затрясла головой, не желая больше думать о Себастьяне. Слова Джастина ничего не изменят. Ясно, что Себастьян просто постарался его обмануть и разжалобить. Ради всего святого, что еще он мог сказать брату своей жены?
Труднее было выкинуть из головы мысли о том, как отец Себастьяна бросил жену с ребенком гнить в деревне, а мать возненавидела за это сына и принялась вымещать злость на нем… Вероника глубоко вздохнула. «Гнить в деревне»? А к ней самой это разве не относится? Но нет – это ее собственное решение. И если каким-то чудом она успела забеременеть, то свое дитя будет нежно любить и сделает все, чтобы защитить его от невзгод и превратностей судьбы…
Брат громко откашлялся, прервав ее смятенные мысли, и спросил:
– Скажи мне, какие у тебя планы после отъезда из Уитмора? Вернешься в деревню?
Вероника прикусила губу.
– Нет, я… мм… мы с Себастьяном вернемся в Лондон и останемся там до Двенадцатой ночи.
– Двенадцатой ночи? – свел брови Джастин.
Она кивнула.
– Себастьян попросил меня сходить с ним на бал у Хазелтонов, чтобы положить конец сплетням о нашем браке. Ты ведь не думаешь, что, согласившись появиться здесь, он ничего не потребовал взамен?
Разумеется, о втором условии Себастьяна она сообщать брату не собиралась.
Джастин ухмыльнулся.
– Вот оно что! Умно придумано! Хм… И на балу у Хазелтонов вы тоже будете притворяться счастливыми супругами?
– Именно так, – ответила она со вздохом.
Джастин склонил голову набок.
– Не надоело притворяться?
Она резко повернулась к нему.
– К чему этот вопрос?
– Да так, ни к чему. Я вернусь в Лондон вместе с вами. Доедем вместе, а там, в Лондоне, я вручу еще один подарок… для вас обоих.
В последние несколько вечеров в Уитморе развлекались как могли: пели хором под аккомпанемент Джессики на фортепиано и много смеялись. С тревожным чувством Себастьян понимал: все точь-в-точь как в прошлые рождественские праздники, которые он проводил с Уитморами. Весело и уютно. И еще понимал, что в последние два года ему этого очень не хватало: не хватало этой семьи.
Было и рождественское угощение, и шарады, и даже инцидент под омелой, куда Джессика заманила Себастьяна и потребовала, чтобы поцеловал ее. Он, разумеется, твердо отказался, сообщив раздосадованной девушке, что ее первый поцелуй должен достаться куда более достойному кандидату. Впрочем, Джессика быстро утешилась и принялась взахлеб мечтать о молодых красавцах, с которыми познакомится на балах будущей весной.
– Но как же я выберу, с кем из них поцеловаться?
От ее озабоченности вся семья покатывалась со смеху.
– Будем надеяться, что ответ придет сам собой, – протянула Элизабет.
Вероника заверила Джессику, что так и будет, и украдкой бросила на Себастьяна взгляд, от которого у него сжалось сердце. Но он постарался поскорее об этом забыть и продолжил веселитьсся вместе со всей семьей, включая и деда, который, казалось, день ото дня становился здоровее и крепче. Праздники, проведенные в кругу семьи, очевидно, пошли ему на пользу.
