«Нет!» – хочется крикнуть мне, но рот будто зашит невидимой нитью. Должно быть, Сарафина – мое истинное имя, и Эльдас с его помощью воздействует на меня сильнее, чем посредством любого клинка.
Я пытаюсь противиться, идти назад, но безрезультатно. Я борюсь с невидимыми руками, которые тянут и толкают меня вперед. Это бесполезно. Я беспомощна.
Если бы я только могла стереть свое имя из его памяти. Забрать его назад. Много лет я в какой-то степени была марионеткой Люка, а теперь мной в буквальном смысле управляет Эльдас.
«Изменись. – Что-то откликается внутри в ответ на это слово. – Стань другим, каким угодно!»
Внезапно я освобождаюсь и падаю на пол, хватая ртом воздух. Я вижу потрясение в глазах Эльдаса. И проблеск чего-то еще. Кажется, он впечатлен.
– Ты… изменила свое истинное имя. Ты уже владеешь магией Духа. – По его губам скользит улыбка. – Значит, стоит подтолкнуть, и для тебя еще не все потеряно. Может, ты даже сильнее, чем я думал, – с надеждой добавляет он.
Дух? Я уже слышала о Познании, когда эльф с помощью магического зрения узнает истинное имя. Но что делает магия Духа? Сейчас я даже не пытаюсь это прояснить. Я понимаю, что здесь ничего не узнаю. И больше вообще не хочу учиться у Эльдаса. Это была последняя капля.
Пошатываясь, я поднимаюсь на ноги.
– Мы закончили.
– Вернись, – велит он. – Мы закончим, когда я скажу.
Я направляюсь к двери. За спиной раздаются его шаги.
«И кто теперь цокает, как лошадь?»
– Только прикоснись ко мне для Познания, – как на городской площади в Кэптоне, когда он пытался обойти защиту лабрадорита, – и я даже не сделаю попытки простить тебя за это! – развернувшись, кричу я ему прямо в лицо. В отличие от Харроу, у меня достаточно сил, чтобы выполнить свои угрозы. – Я пришла сюда, чтобы учиться, готовая приложить усилия. Но ты спалил дотла любую надежду на плодотворные отношения между нами.
Он отступает, пораженный. Похоже, прежде с ним никто так не разговаривал. Интересно, он впервые сам страдает от последствий своих действий?
– Сначала ты ударила меня, а теперь… – Кажется, ему не удается высказать связную мысль, и я ощущаю глубокое удовлетворение. – Я имею право знать твое истинное имя.
– Ты имеешь право лишь на то, что я отдам тебе добровольно.
– Я твой король. – Эльдас делает шаг вперед, я отступаю назад. Но он все еще слишком близко. Его высокая фигура подавляет. Он нависает надо мной.
Но я лишь крепче упираюсь ногами в пол. Он не заставит меня чувствовать себя ничтожной. Я стану бутоном, который пробьется сквозь серый замковый камень. Цветком, распустившимся, невзирая на его тень.
– Ты капризный принц, увенчанный железной короной с шипами, – бросаю я в ответ. – Самовлюбленный эгоист. Ты понятия не имеешь, как разговаривать с окружающими или вести себя с ними. А все твое сострадание и попытки кого-то узнать – не больше, чем уловки, чтобы добиться желаемого.
– Я выше сострадания и каких-либо связей, – раздражается он. – У меня нет причин опускаться до чувств, свойственных простонародью. Я превыше этого.
– Если ты считаешь себя выше остальных, то рискуешь просто наступить на них, Эльдас. И нажить себе врагов.
– Мне не нужны нотации от человека, попавшего в мой мир несколько дней назад. От той, кто ни дня в своей жизни не правила.
– Ладно, – соглашаюсь я. – Потому что мне неинтересно объяснять что-то тому, кто не желает слушать.
Я разворачиваюсь на каблуках и вновь направляюсь к двери. К счастью, он не идет за мной.
– Ты будешь меня уважать! – кричит мне вслед Эльдас.
– Сперва стань достойным уважения!
И я захлопываю за собой дверь.
Почти сразу я понимаю, что выбрала не тот путь.
В тронном зале шесть дверей, по три с каждой стороны. Обычно я вхожу через левую дверь, дальше всех находящуюся от тронов. Но Эльдас так разозлил меня, что я свернула не туда.
Я вышла через среднюю дверь? Или ту, что справа? Точно не могу сказать.
Я оказываюсь в длинном тихом коридоре. Слева двери, на правой стене – окна. На всех дверях висят тяжелые замки. В конце коридора я замечаю лестницу.
Подняться по ступеням? Или вернуться обратно? Хотя что за вопрос. Я не собираюсь возвращаться туда, где рискую с ним столкнуться. Значит, наверх.
Оказавшись на следующем этаже, я замечаю на стене роскошный гобелен. Напротив него стоят диван и маленький столик. Вероятно, просители ожидают здесь аудиенции у короля. Я уже собираюсь двинуться дальше, когда внимание привлекает какой-то блеск.
Я замираю, переминаясь с ноги на ногу. У нижнего края гобелена определенно что-то блестит. Я быстро подхожу ближе, сажусь на корточки и наклоняюсь вперед, чтобы проверить. Касаюсь гобелена рукой, потом поспешно отодвигаю в сторону тяжелую ткань. За ней скрывается узкий коридор, и я пролезаю внутрь.
Отблеск, что я видела, – всего лишь солнечный свет, льющийся из маленького оконца в конце невероятно тесного прохода. Кажется, что стены пытаются меня раздавить. Я делаю шаг вперед и замечаю небольшие отверстия в каменной кладке пола. Словно бы строитель не полностью заполнил щели строительным раствором.
