Я не хочу одним лишь своим существованием укреплять его королевскую власть. Все во мне жаждет каких-то действий. Но что я могу? Сама жизнь здесь кажется мне никчемной и пустой.
Я медленно плетусь вверх по ступенькам. Я не знаю, куда направляюсь. Но шагаю по длинному коридору, в который вывела меня лестница. Брожу из комнаты в комнату, пока не ощущаю, как, отвлекая от мыслей, щекочет нос запах земли и торфа.
Казалось бы, он возникает ниоткуда. Словно молния на небе в ясный день. В этом холодном сером замке нет жизни, поэтому любые ее признаки разжигают любопытство. Я следую за запахом сквозь вереницу соединенных друг с другом комнат и, наконец, попадаю в некое место. Я бы, пожалуй, назвала его лабораторией.
Уставленные банками полки тянутся вдоль стен над столешницами, заполненными разноцветными сосудами, кипящими котлами и подставками для сушки трав. По обе стороны от меня стоят высокие столы с разбросанными инструментами, рядом скамьи, чтобы присесть. Дальняя стена сделана из запотевшего от влажности стекла. За ней виднеется нечто размыто-зеленое. Оранжерея. Когда я вхожу туда, кожа мгновенно покрывается потом.
Оранжерея занимает всю ширину замка. Каменные пол и потолок, стеклянные стены, обращенные на север и юг. Растения тянутся вдоль опор, дугой изгибающихся к потолку. Я вижу полки с горшками и насыпные грядки для трав на полу.
Здесь пахнет лавандой и одуванчиком и немного розой, запах которой после случая в уютной столовой вызывает у меня тошноту. В воздухе плывут землистые ароматы шалфея и розмарина. Я замечаю кусты бузины, валериану, примулу, мяту и мелиссу. Здесь есть растения, которые прежде я видела лишь в книгах, а о некоторых даже никогда не слышала.
– Ой. – Вздрогнув, я замираю как вкопанная. Замеченный мною эльф быстро поднимается на ноги. Я испугала его до полусмерти. – Привет, Уиллоу, – улыбнувшись, говорю я.
– Луэлла. – Он облегченно вздыхает. – Что вы здесь делаете?
Я лишь пожимаю плечами. Сейчас я не готова рассказывать о встрече с Эльдасом.
– Я просто бродила.
– Хорошее место для прогулок. Добро пожаловать в королевскую оранжерею. – Уиллоу снимает садовые перчатки и кладет их в стоящую рядом корзину. В ней уже лежат садовые ножницы и срезанные кустики перечной мяты. Он лучезарно улыбается. – Хотите, я вам все здесь покажу?
– Очень, – без колебаний соглашаюсь я. Все что угодно, лишь бы отвлечься.
Он показывает мне замысловатую систему полива и бочку с компостом в дальнем углу. Уиллоу особенно гордится устройством садового сарая и помещений для сушки трав. Но мое внимание приковано к растущим растениям.
«Живые».
Проходя мимо, я ощущаю их как никогда прежде. Их аура напоминает нежное приветствие, легкий кивок в знак того, что они ведают о моем присутствии. Когда я оказываюсь рядом, подсолнухи поворачивают ко мне головки, будто к солнцу. Я так же хочу поприветствовать их, как и они меня.
– А это что? – Я замираю возле необычного растения. Из черной луковицы-основания растут красные восковые листья в форме сердца.
– Сердцекорень. – Уиллоу подходит ближе. Беседуя со мной, он осматривает растение в поисках насекомых.
– И для чего он? Сомневаюсь, что он растет в Природных Землях.
– Странно, – бормочет Уиллоу. – Я думал, все растения Срединного Мира произрастают и в Природных Землях. Может, вы его просто не знаете?
– Возможно, – соглашаюсь я. Хотя и сомневаюсь в этом. Я потратила много лет, изучая все известные людям травы. Если я о нем не знаю, то с уверенностью могу сказать, что и другие тоже.
– Как бы то ни было, его листья используются во многих противоядиях, увеличивают их силу и позволяют лекарству быстрее проникать в кровь. Но самое интересное в нем – кора. Она способна замедлить сердцебиение практически до минимума, оставив ровно столько, чтобы только поддерживать жизнь.
– Готова спорить, ее также используют при отравлениях.
Он кивает, подтверждая мои подозрения. Я понимаю, насколько полезно было бы таким образом замедлить распространение яда.
– Говорят, что кору также используют для воспоминаний… но эту тему мало кто изучает.
– Почему?
– Это скорее слухи, чем нечто достоверное. «Сердцекорень помнит». Так гласит старая поговорка. Хотя никто не знает, откуда она вообще взялась. – Уиллоу пожимает плечами. – Я проводил кое-какие опыты, но мне так и не удалось найти способ выявить в нем какие-либо свойства, влияющие на разум.
– Понятно. – Я протягиваю руку и слегка касаюсь гладких листьев сердцекорня. Меня вдруг охватывает неясное, полузабытое чувство.
Я ощущаю вокруг себя влажную землю. И почти вижу фигуру женщины в короне из ветвей. Она окутывает меня объятиями, оберегая. Потом наступает темнота. Я под землей. Я прорастаю все глубже и глубже, а земная твердь смещается надо мной, уплотняется, твердеет.
Это не мои воспоминания. Они хранятся где-то вне красноватого основания растения и сейчас просто всплывают в моем сознании.
Затем ощущения меняются. Теперь похоже, будто что-то рвется наружу. Вдруг из основания-луковицы появляются два бутона. И я, поспешно отступив, прижимаю руку к груди.
– Прости.
