— Иди нахрен.
Я показала ему средний палец, за что получила поцелуй в щечку, и пошла к Виктору, оставив с Дереком и Гарри Коко. Мне пришлось остановиться, когда перед глазами встал Виктор, окруженный толпой, преобладающим большинством которой были девушки. Я прошла к нему и, увидев улыбку на его лице, расслабилась.
— А-я то думал, куда ты пропала?
Он притянул меня к себе для поцелуя, и толпа заревела.
— Ты будешь болеть за меня?
— Ты еще спрашиваешь?
— Правда? От всего сердца?
Он положил руку мне чуть выше груди.
— Я оторву ее тебе, если ты ее не уберешь, — вкрадчиво прошептала я.
— А думал, что мне это позволительно, — в ответ прошептал Виктор и укусил мою нижнюю губу.
— Только там, где это разрешено.
— А где это?
— В спальне.
— Монашка, — он скорчил рожу.
— Извращенец, — я показала в ответ язык.
Виктор улыбнулся, прижался к моей шее губами, но прозвенел гонг, люди стали отходить. Только сейчас я поняла, что мы все это время стояли на трассе, и она уходила далеко вперед, едва освещенная блеклыми фонарями. Ей Богу, здесь можно умереть и не заметить этого.
— Все будет хорошо, — словно прочитав мои мысли, успокоил Виктор.
Он вновь притянул меня для поцелуя. Мотоциклисты съежались, их было немного, человек 7–8, они останавливались у стоп-линии, светящейся в ночи. Виктор пока стоял позади всех.
— Дай мне какую-нибудь вещь на удачу, — попросил он.
Я недоуменно уставилась на него.
— Прости?
— Что-нибудь, что могло бы принести мне удачу, — пояснил он.
Я немного подумала и сняла с руки кольцо. Виктор демонстративно поцеловал его перед мной и положил в нагрудный карман.
— Теперь я должен победить.
Меня охватило волнение, я отошла в сторону, пока Виктор старался поравняться со всеми, и мой взгляд зацепился за мужчину, что стоял в центре. Я его видела только со спины. У него были русые волосы, уложенные в стиле гранж, широкая спина, сильная шея, выглядывающая из-за воротника черной кожаной куртки с рисунком уробороса; руки мужчины оказались спрятанными в плотные черные перчатки, а длинные мускулистые ноги обтянутыми в темные кожаные брюки и обутыми в армейские ботинки. К нему подошла очень красивая темноволосая девушка с потрясающими зелеными глазами. Она обольстительно улыбнулась ему и наклонилась, обнажая участок груди, туго обтянутой топом. Даже я не могла отвести глаза в сторону. Мужчина медленно обхватил ее шею рукой и притянул для страстного поцелуя, от которого толпа просто взорвалась.
— Сатир! Сатир! Сатир! — скандировали они.
Невольно у меня задрожали ноги, и я почувствовала, как меня настигает желание. Смутившись от такого порыва, я спряталась среди своих друзей, наблюдая за тем, как гонщики надевают шлемы и готовятся к старту. Мой взгляд был прикован не к Виктору, а к тому мужчине, которого назвали Сатиром. Вышел парень с флагом в руке, пошел отсчет, прозвучало «три», флаг опустился, мотоциклы визжа ринулись с места, квадрокоптеры поднялись в воздух, исчезая в темноте.
Гарри обхватил меня за голову, приобнял и показал на несколько больших экранов, висевших на стене бывшего полицейского участка и обтянутых стеклом. Экраны засветились, и мы увидели гонщиков, обгоняющих друг друга. Среди них мелькал Сатир и Виктор, на спине которого был изображен рак. Они были первыми в цепочке. Рядом встал Брайан, и мы все обнялись.
— Что я пропустил?
— Пока ничего. Как обычно Сатир и Рак впереди, — ответил Гарри, открыв третью бутылку пива.
— На кого вы поставили, мальчики? — спросила Коко.
— На Сатира, — хмыкнул он, посмотрев на меня и пожав плечами. — Ничего личного, но он лучший.
— Я тоже на него поставил, — извиняющимся тоном произнес Гарри и отвел от меня взгляд. — Виктор безусловно хорош и среди всех мастерски водит мотоцикл, но Сатиру он уступает.
— Хоть Виктор и мой друг, — поджал губы Брайан, — но я согласен парнями.
— Кто такой Сатир? — спросила я, затаив дыхание.
— Чувак, который учится с Брендоном на одном факультете, — сделав большой глоток, ответил Гарри.
Он не мог оторваться от экрана, да и мы тоже. Другие участники заезда остались далеко позади, кто-то уже успел выбыть, Сатир и Рак вырвались далеко вперед, соревнуясь уже только друг с другом. Толпа вскричала, когда Виктор решил подрезать Сатира, но тот ловко ушел от него, виртуозно преодолевая крутой поворот.
— В прошлом году здесь умер один участник, — сказал Дерек. — С тех пор все проводится втихую и не так часто, как раньше, из-за того, что копы постоянно здесь ошиваются.
