Сеанс в Преисподней полностью

– Да нет, не игнорю. Просто было о чём подумать. Ты уже поняла, где мы?

Ника расслабилась. Такой привычный папа ей нравился больше.

– Конечно. Мы во сне.

Отец рассмеялся.

– Ясен пень, во сне. Я имею в виду в чьём, знаешь?

Вероника огляделась, как будто рассчитывала обнаружить что-то новое.

– В моём?

– Нет.

– Хочешь сказать, в твоём?

– Ага.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что не могу здесь ничего изменить.

«Да, изменить что-нибудь в белой пустоте не помешало бы».

– Как ты это понял?

– Я попытался. Обычно мне это удаётся. Но в чужих снах. А теперь я в своём. Хотя назвать это сном сложно.

Ника вспомнила его раздосадованное лицо, когда подошла, и какое грустное выражение на нём было.

– Ты расстроился? – спросила Ника.

Рома помедлил с ответом.

– Немного. Понимаешь, от того, что я не могу здесь ничего поменять, мне непонятно, как это получается у монстра.

– Который во снах Алисы?

– Да.

– Так это же её сны. Он их и меняет. Как и ты.

Отец опять задумался, но решил сменить тему.

– Ну да ладно. Раз уж ты в моём так называемом сне, то давай делать то, ради чего всё это затеяли.

Вероника просияла.

– Другое дело. С чего начнём?

Отец огляделся по сторонам и сказал:

– Для начала попробуй шарики. Как я тебе рассказывал, помнишь?

– Пап, ну это слишком легко.

Ника, не напрягаясь, вытянула руки и несколько раз щёлкнула пальцами. Впереди из ниоткуда возникли несколько оранжевых воздушных шариков.

– Поменяй их цвет, – сказал Рома.

Ника сделала один жёлтым, второй красным, а другие окрасила в розовый.

– Легкотня!

– Хорошо. Теперь наполни их гелием.

Ника сначала не поняла, но когда до неё дошёл смысл слов, представила, как шарики поднимаются, и через пару секунд они поочерёдно устремились вверх.

– Пап, это ни о чём.

Мужчина посмотрел на Нику с серьёзным видом.

– А что ты сама хотела бы сделать?

– Ну не знаю. Давай крутую машину, что ли?

– Попробуй.

Ника напряглась, представляя себе что-то вроде красной «Ламборгини», пытаясь воссоздать её из памяти. Через несколько мгновений перед ними возник желанный автомобиль.

– Ого, ну и запросы у тебя!

Девочка подмигнула и заявила:

– У тебя во сне слишком мало красок.

– Я до этого и не знал, что этот сон существует.

– Что ещё, пап?

– Да что хочешь. Я бы тебе показал, как можно быстро что-то переделывать, просто воображая всё, что придёт в голову, но здесь мои способности на нуле. Если шарики и машина даются тебе легко, так давай попробуем создать людей. Как думаешь?

Ника представила, кого бы она хотела здесь видеть, и в голову сразу пришли разные блогеры и тик-токеры. Тут же откуда ни возьмись вокруг возникли Валя Карнавал, Юля Гаврилина и Мия Бойка, чуть позже к ним присоединился Нилетто.

– Господи, кто это? – спросил отец.

– Ну, люди.

Рома скрестил на груди руки и помотал головой из стороны в сторону, недоумевая.

– А что, нормальных не могла сюда засунуть?

Девочка рассмеялась.

– Они нормальные, пап. Как ты их называл, боты?

– Ага. Боты. Но не совсем. Ботов обычно создаёт подсознание, а не я. Но если бы я мог, то придумал бы сюда других.

– Понятное дело. Этих ты, наверное, даже не знаешь.

– К великому сожалению, знаю. Давай дальше.

– Что?

– Придумывай.

– А что именно?

– Да что угодно.

Вероника встала, убрав руки за спину. Ей хотелось создать такое, за что отец точно похвалит и будет гордиться. Стоя в таком положении, она начала творить.

Первым делом Ника «нарисовала» небо. Точнее, обозначила горизонт. Затем окрасила верхнюю часть в голубой цвет, а нижнюю в зелёный. Картинка получилась корявой, как детский рисунок, и тогда девочка вставила в небо солнце и добавила облаков. В то же время Ника лёгкими мазками нанесла на картину траву, кусты и деревья.

– Неплохо, – поддержал отец. Голос был спокойным, но, судя по лицу, увиденным он был впечатлён.

Воодушевлённая успехом, Ника с ещё большим рвением начала заполнять пространство всем, что приходило в голову. С одной стороны появился московский Кремль, с другой – Эйфелева башня, с третьей – статуя Свободы, с четвёртой – густой лес. Немного подумав, рядом с лесом девочка добавила море, в котором возле берега она вообразила памятник затопленным кораблям.

Словно по волшебству всё, что Ника представляла, тут же появлялось наяву в этом бездушном мире.

Когда поняла, что способна построить всё, что угодно, она увлеклась и начала вырисовывать дом за домом, неумело ставя их в порядок, образующий улицы, создавая свой, самый необычный в мире город, в котором можно было уместить достопримечательности со всего света. Когда же архитектурное воображение начало девочку покидать, Вероника начала дополнять этот чудесный мир тем, что первым приходило в голову.

В небе появилось множество огромных разноцветных дирижаблей, в море – несколько дорогих яхт и даже один «Титаник». После рядом с солнцем девочка «дорисовала» луну, чуть меньших размеров, менее яркую, но отчётливо видимую. Затем представила себе запах моря, который так любила в родном Севастополе, и наполнила им пространство вокруг.

– Что это? – спросил отец и удивлённо посмотрел на дочь. Всё это время он молча следил за действиями Ники.

– Ты о чём?

– Запах?