Когда вся эта гнетущая атмосфера стала для него невыносимой, он вышел наружу, чтобы глотнуть свежего воздуха. Курт остался рядом с дочерью Люси, в обнимку с Сантаной, и был в порядке. В тот момент он не нуждался в присутствии Блейна, так что он со спокойной душой вышел. И нисколько не удивился, обнаружив, что и Себастиану пришла в голову та же мысль, поскольку, если и существовал кто-то, ещё больше него не переносящий определённые вещи, так именно Смайт.
Но что поразило Андерсона, так это то, с каким странным выражением Себастиан смотрел на него. Он выглядел как человек, пойманный с поличным.
Блейн тогда посмотрел на него в ответ, готовясь к Бог весть каким шокирующим откровениям. Может, что-нибудь насчёт странных ингредиентов, добавленных им в пунш.
Но произошло то, чего Блейн никак не ожидал. Не от Себастиана, по крайней мере.
Друг прошептал едва слышно «Мне так жаль».
И затем заплакал.
Прямо там, перед Блейном.
И тот, потрясённый зрелищем, он смог лишь подойти и обнять его.
Нет, Блейн не очень хорошо знал Люси. Но ему хватило видеть тот эффект, который её потеря произвела на такого гордеца как Себастиан, чтобы понять, что эта великая маленькая женщина сделала гораздо больше, чем просто присутствовать в их истории.
Она являлась сердцем этой истории.
Их ангелом-хранителем.
Блейну не нужно было знать ничего больше.
Когда сказано последнее «прощай», остаётся только одно: идти вперёд.
На самом деле, другого выбора просто нет.
И этот выбор самый правильный.
Если ушедший человек оставил след в твоей жизни и благодаря ему ты поступил верно и не опустил руки, этот выбор действительно самый правильный.
Самый болезненный. Но самый правильный.
Себастиан чувствовал себя уставшим, почти измождённым. Но и счастливым тоже.
Как ни парадоксально, но именно потому, что обнаружил в себе способность дать выход настоящей боли. Даже если это произошло перед Блейном, который мог теперь дразнить его по гроб жизни, было приятно сознавать, что и для него не всё потеряно.
– Ты в порядке? – спросил ещё раз Тэд, когда они вернулись домой.
– Может, прекратишь задавать мне этот вопрос каждые десять минут, Тэд? Ты заставляешь меня чувствовать себя несчастным больным пенсионером.
– Поверь мне, ты не похож на пенсионера. Более того… – Харвуд опустил остаток фразы, бросая на Себастиана лукавый взгляд, который в одно мгновение воспламенил того.
Последние два дня были суматошными, и им так и не удалось побыть вместе, как хотелось бы.
Но... Тэд был там. Чтобы остаться.
Но останется ли он и после, если что-то пойдёт не так? Себастиан не хотел, чтобы Тэд жертвовал ради него своей жизнью. И никогда бы не стал просить его об этом. Но сейчас он был рядом, и только это имело значение.
– Иди сюда, – сказал он хриплым голосом.
И Тэд, конечно, не заставил его повторять дважды.
Он покрыл разделявшее их расстояние в несколько быстрых шагов и припал к губам Себастиана с жадностью, что на мгновение его испугала. В этом поцелуе заключалось ожидание многих месяцев.
– Я хочу тебя, Бас. Я хочу тебя так, как никогда никого не хотел. Прошу, скажи, что мы можем...
– Да, Тэд, всё в порядке. Я уж точно не откажу тебе, – тут же ответил Себастиан, даже не дав ему закончить предложение.
После этого был лишь тернистый путь в спальню, поскольку по дороге они не могли ни на мгновение прекратить поцелуи и ласки, пытаясь одновременно раздеться.
Желание делало их действия торопливыми и беспорядочными, и, конечно, больная нога Себастиана не собиралась давать ему поблажку только потому, что он желал близости с Тэдом после долгого времени.
Слишком долгого.
Внезапно Тэд остановился и привлёк его к себе, без слов предлагая опереться на него и на этот раз позволить помочь.
И Себастиан впервые в своей жизни сделал это. Доверился другому человеку.
Но это был Тэд, а значит, всё было в порядке.
Не долго думая, опираясь о его плечи, он обхватил Тэда за поясницу обеими ногами. Харвуд был ниже него, но годы занятий спортом и танцами сделали его очень сильным, так что Себастиан чувствовал себя в безопасности в его руках, как никогда за всю свою жизнь. И Тэд, не прерывая жадных поцелуев, отнёс его в спальню, где осторожно уронил на кровать. Себастиан, однако, поспешно поднялся, чтобы раздеться, в то время как Тэд, стоя перед ним, делал то же самое. Торопливо и с нетерпением.
Они ждали почти год этой возможности снова прикасаться друг к другу, кожа к коже. Чтобы снова увидеть другого обнажённым. Чтобы снова заняться любовью, диковатой и грубой, как нравилось им обоим.
Когда оба остались без одежды, Себастиан остановился на мгновение, чтобы внимательней разглядеть Тэда. Он был даже красивее, чем Смайт помнил. И он был его.
Независимо от того, сколькие мужчины прикасались к его телу после него. Блейн, этот переросток-повар… Тэд принадлежал ему, только ему.
Себастиан снова притянул Тэда к себе за талию, заставляя встать на колени на кровати, в порыве желания немедленно пометить этого великолепного мужчину как собственную территорию.
