- Гелий прорвал заслонки в седьмом, - сдавленным голосом произнёс, кажется, Харрингтон.
Оставшиеся внизу шесть человек подались ближе к лестнице.
- Все наверх, - скомандовал Горелов.
Три человека, один за другим, начали карабкаться по трапу, однако быстро догнали поднимаемого на страховке реакторщика, занимающего весь просвет тоннеля и движение замедлилось. Виктор шёл предпоследним, последним был Горелов. Бобков уже поставил ногу на первую ступеньку, когда гул перешёл в рёв и из отверстий пяти вентиляционных шахт, выходящих в коллектор, хлынули мощные фонтаны кипящего гелия. Ударив в низкий потолок, они начали растекаться по сторонам, быстро заливая помещение коллектора. За считанные секунды Горелов, ещё не успевший начать подъём, был залит белой бурлящей жидкостью до колен.
- Быстрее! - ударил Виктор по ноге, лезущего впереди Яна, и насколько мог, освободил нижний участок трапа. Как назло движение вверху застопорилось и из-за клубов испаряющегося гелия нельзя было понять, что там творится.
Координатор, залитый уже до бедёр прыгнул на лестницу, поскользнулся, и, не удержавшись, рухнул вниз, подняв фонтан брызг, и уйдя с головой в продолжающую прибывать жидкость.
Виктор спустился на несколько ступенек и приготовился подстраховать Горелова. Тот, однако, не спешил выныривать, а жидкость поднялась уже до нижней ступеньки. Виктор плохо представлял, как себя поведёт скафандр в жидком, кипящем гелии, но приходилось рисковать. Держась левой рукой за лестницу, он опустил ноги в бурлящую жидкость и стал шарить правой рукой в том месте, где исчез координатор. К счастью, почти сразу его обнаружил. Горелов, видимо оглушённый и потерявший ориентировку, стоял на четвереньках. Найдя буксировочную скобу на левом плече скафандра, Виктор рывком попытался поставить Горелова на ноги. Это удалось. Тот, оказавшись на ногах, качнулся вперёд и ухватился за ступеньку трапа. Гелий доходил уже до пояса.
- Вверх, командир! - прокричал Виктор. - Ну же!
Но Горелов не отреагировал: то ли был оглушён и ещё не пришёл в себя, то ли отказала рация, то ли и то и другое вместе. Думать было некогда. Виктор ухватил покрепче буксировочную скобу и на дрожащих от напряжения ногах начал подниматься - благо, дорога наверх, насколько можно было разглядеть в тумане, была свободна, а гравитация составляла две трети земной. Где-то на полпути Горелов пришёл в себя и начал карабкаться самостоятельно. Однако скобу, на всякий случай, Виктор так и не выпустил.
Выбравшись из колодца, Горелов провёл рукой по забралу и видимо что-то спросил - рация у него действительно отказала. Жестами ему дали это понять. Он кивнул и ткнул себя в запястье левой руки.
Время - понял Виктор и глянул на часы. Прошло уже три минуты от оговорённого с Ленком срока. В любую минуту мог последовать взрыв. Кто-то знаками объяснил это Горелову. Тот махнул рукой в сторону ангара с капсулами. Спасатели с реакторщиком на плечах, бегом бросились к ангару. За ними Горелов и по бокам от него, страхуя, Виктор и Ян.
Путь до ангара занял полторы минуты. С грохотом, умноженным гулким эхом, они влетели в обширный зал ангара. К общему удивлению капсула Ленка всё ещё находилась здесь. Из открытого люка при их появлении высунулся человек в скафандре с откинутым шлемом:
- Сюда! Быстрее! - замахал он руками. Спасатели не заставили себя ждать. Добежав до капсулы, они передали пострадавшего, махавшему руками человеку и двоим его помощникам, появившимся из люка. Затем сами, один за другим, забрались внутрь капсулы. Виктор и Ян помогли протиснуться в люк Горелову.
Как только Бобков, шедший последним, пролез через тамбур, начала опускаться наружная заслонка люка. Заслонка закрылась и вжалась в уплотнительные пазы.
- Держитесь! Стартуем! - крикнул Хэнк.
Виктор сел на пол и прижался спиной к покатой стене. Мгновение спустя он почувствовал, как перегрузка придавила его к стенке - сработала стартовая катапульта. Через десяток секунд корпус кораблика задрожал и раздался рокот включившихся двигателей.
Глава 7
Успели! Виктор почувствовал вместе с облегчением, навалившуюся внезапно смертельную усталость. Не хотелось подниматься и куда-то идти. Принятое положение казалось очень удобным и он бы не имел ничего против того, чтобы его оставили здесь вздремнуть. Тем более, в капсуле, отягощенной двойным экипажем, всё равно пришлось бы размещаться в подсобных помещениях. Под эти мысли он действительно задремал. Виктора разбудило энергичное встряхивание. Над ним склонился один из пилотов капсулы. Поняв, что Бобков проснулся, он помог ему подняться с пола.
- Тамбур сейчас закроем, а спать в каюте будет удобнее, - объяснил он.
Пилоты капсул всегда держались на станции обособленно, но этого Виктор более-менее знал. Зигмунд Полторжицкий был, пожалуй, самым старшим из группы пилотов. Лет сорока, с богатой лётной практикой, признанный лидер в группе пилотов, он, однако, не выпячивал свой авторитет и этим импонировал Виктору.
Бобков откинул шлем скафандра и тряхнул головой, прогоняя остатки сна.
