Сейчас и навечно полностью

– Ресторан недалеко, – сообщил он. – Мы можем прогуляться пешком или взять такси. Как пожелаешь.

– Давай пройдемся, – выбрала я. Может быть, продолжая двигаться, я смогу успокоить нервы и завести разговор. – Итак, где сегодня Оливия?

– Джексон отвез ее к Генриетте, – ответил Сойер. – Оливия хорошо ее знает. До того как я переехал и был благословлен чудом в лице Елены, она часто присматривала за Оливией.

– Ты давно живешь здесь?

– Почти год. Когда мать Оливии оставила ее, мне пришлось переехать.

– Почему?

– Мы с Джексоном и еще с парой приятелей жили в убойном месте на Станьон-стрит, где каждый месяц устраивались грандиозные вечеринки. Не самое лучшее место для младенца.

– Нет, думаю, что нет, – согласилась я.

Выражение его лица приобрело оттенок слабой тоски, как будто он рассказывал о чем-то ушедшем навсегда.

– Весь Гастингс приходил на наши костюмированные вечеринки: героев «Марвел», например, любимых музыкантов, злодеев. Нет костюма – нет входа.

– Злодеи?

– Да, ты должен был одеться, как злодей из любого фильма, комикса, сериала, книги… Это было круто. Однажды какая-то девчонка пришла в костюме Лиззи Борден и притащила с собой настоящий топор.

– Настоящий?

– Мы быстро конфисковали его. Текила и топор не самое хорошее сочетание. – На его лице снова появилась тоскливая улыбка. – Да, веселые времена. Кажется, это было целую жизнь назад. Всю жизнь Оливии назад.

– Ты скучаешь по ней? – поинтересовалась я.

– Да, – ответил он. – Но она того стоит. Больше никаких вечеринок для меня.

– У меня тоже, – выдала я, не отрывая взгляд от тротуара под моими ногами. – Раньше я отрывалась на полную катушку.

«Вот так. Немного правды. Маленькими шажками».

– Да? Если бы я устраивал вечеринку злодеев в следующие выходные, какой костюм ты бы выбрала?

«Тюремную робу».

– Не знаю, – ответила я. – Женщины-кошки, я думаю. В исполнении Мишель Пфайффер.

Ухмылка Сойера стала хитрой.

– Я бы не отказался взглянуть на тебя в этом костюме.

– Хотя она не совсем злодейка, – продолжила я. – Она ранимая и поэтому мне нравится. Но думаю, что было бы неплохо ей на какое-то время забыть обо всем. Быть хорошим не всегда легко, особенно когда доброту принимают за слабость.

– Что ты имеешь в виду?

Я покачала головой.

– Я хороша в спа, в танцевальной труппе, но как будто делаю все неправильно.

– Почему? Они к тебе плохо относятся? – нахмурился Сойер.

– Нет, просто… равнодушно.

Он еще сильнее нахмурился.

– Мне трудно поверить, что кто-то может оставаться равнодушным рядом с тобой.

Его рука сомкнулась вокруг моей, держась за меня так же крепко, как я прижималась к нему. И, может, я вела себя, как трусливый и слабый человек, но мне было слишком хорошо, чтобы отпустить его.

Спокойная улица со старыми домиками сменилась на оживленный городской район. Ресторан «Нопа» находился в довольно скромном здании, но, заметив меню у входа, я поняла, насколько это «приличное местечко», как сказала бы бабушка Беа. Явно из тех, где к еде не прилагался гарнир из овощей и который приходилось заказывать отдельно.

Я повернулась к Сойеру.

– Эй, как насчет пиццы и прогулки по пирсу? И после поесть мороженое?

– Тебе не понравилось меню? – нахмурился Сойер.

– Нет, все выглядит потрясающе. Но… я не хочу, чтобы ты тратился на меня.

– Столик забронирован, – ответил он. – Ты разве не помнишь, что я говорил тебе? Я не собираюсь размениваться по мелочам и хочу пригласить тебя в хороший ресторан на ужин. Хочу поговорить с тобой, а потом, может быть, прогуляться где-нибудь, поцеловать на ночь и пожелать спокойной ночи. – Он провел кончиками пальцев по моей шее. – Ты не похожа на других девушек, Дарлин. И я… неравнодушен к тебе.

Я сглотнула и сморгнула слезу.

– Ты не обязан мне ничего доказывать, Сойер.

– Может, и не обязан, но я делаю это и для себя тоже. Я никогда не ходил на настоящее свидание, не забыла? – И очаровательная улыбка снова осветила его лицо. – Ты собираешься лишить меня этого опыта?

И я улыбнулась.

– Как я могу?

Он открыл передо мной дверь.

– После вас.

Интерьер ресторана был в стиле «индустриальный шик», с каменным полом и с элегантными кабинками из серой кожи. Лампы янтарного цвета отбрасывали золотые блики на толпу, которая болтала и смеялась за свиными стейками или жареным лососем.

Хостес провела нас к столику для двоих, и я села напротив Сойера, а между нами тлела свеча. Когда мы открыли меню, мое сердце ушло в пятки. Цены не были запредельно высокими, но это определенно был «приличный» ресторан. Даже пиво с причудливыми названиями стоило выше среднего.

К нам подошел официант в черном фартуке.

– Что желаете выпить?

Сойер посмотрел на меня.

– Будешь вино?

Мой взгляд остановился на винной карте с двузначными – и трехзначными – числами напротив бутылок.

– Нет, спасибо, – ответила я с небольшой улыбкой. – Не фанат.

Сойер улыбнулся мне в ответ.

– Может, колу с тремя вишенками?

– Я пока возьму воду.

– А мне лагер, – сказал Сойер официанту. – Кажется, у меня нет выбора.

– О, это точно, – поддержал тот, и оба мужчины усмехнулись шутке.