Он сжимает челюсть и кивает один раз. Я рассказываю ему все, пропуская части, наполненные конкретикой того, что эти мужчины сделали со мной, но я пересказываю важные части, о Бьянки, о том, как Агнело изнасиловал меня, как я встретила Энцо.
Когда я заканчиваю, он выглядит разъяренным. Он выглядит устрашающе, хотя я знаю, что он никогда не причинит мне вреда.
— Я собираюсь убить всех, кто еще жив. Неважно, лично они хоть пальцем тебя тронули или нет, они, блять, мертвы.
— Я знаю, что ты расстроен, но я должна пойти по этому адресу. Я должна забрать своего сына.
— Джейд, они убьют тебя, как только ты ступишь туда. Ты никогда не получишь Робби.
Невыносимая боль впивается в горло.
— Я не могу сидеть здесь и ничего не делать.
— Это не то, что я сказал. Но
— Что?
На его лице решимость, когда он достает телефон из кармана.
— Кому ты звонишь?
— Энцо. Он с Данте. Я расскажу им, что происходит, чтобы мы могли пойти и забрать Робби, а потом убить этих ублюдков раз и навсегда.
Я хватаю его за запястье.
— Что, если это не сработает? Что если они увидят вас и убьют моего сына?
— Не убьют. — Его рот расплывается в улыбке. — Я собираюсь вернуть своего племянника, чтобы рассказать ему о том, как я издевался над его мамой, когда мы были детьми. — Слезы плывут мимо моих глаз. — Я не потеряю тебя снова. — Его брови напрягаются. — Доверься мне, хорошо?
Мои плечи опускаются.
— Хорошо.
Теперь у меня нет выбора. Может быть, Эллиот прав. Агнело без колебаний застрелит меня после убийства моего мальчика.
Он набирает номер.
— Сэр, послушайте, Джейд собиралась бежать и…
Он делает паузу, слушая Энцо, чей голос я слышу, но не то, что он говорит.
— Это длинная история. У меня нет времени объяснять. Но она получила записку от Агнело, в которой говорилось, что они убьют Робби, если она не…
— Что? — Его взгляд пристально смотрит на меня. — Хорошо. Без проблем.
— Что такое? — спрашиваю я в тревоге, пока он поднимается на ноги.
— Поговори с ним, пока ты следуешь за мной к джипу. — Он протягивает мне сотовый.
Я быстро прикладываю телефон к уху.
— Энцо?
— Детка? Он у меня. Я нашел Робби. Мы нашли его.
Я останавливаюсь, мой вдох заперт в легких. Шок, он ударил меня прямо в сердце. Я едва могла держать телефон или идти, почти рухнув на землю.
— Он в больнице. Я приехал только пару минут назад, — продолжает Энцо. — Я собирался позвонить тебе, когда мне позвонил Эллиот. Он отвезет тебя к нему.
— Больница? Что они с ним сделали?
Эллиот берет меня за руку и ведет к машине, которая уже ждет. Двери открываются, и он помогает мне забраться внутрь.
— Я пока не знаю, что с ним не так, — говорит Энцо, когда двигатель оживает. Мы выезжаем с подъездной дорожки на улицу. — Женщина, с которой я его нашел, сказала, что ему было плохо. Его пульс остановился на несколько секунд, но…
— Боже мой! — Я задыхаюсь, слезы катятся по моим щекам, тяжелая боль поселилась в моей груди.
— С ним все будет в порядке, детка. Он у врачей. Ты должна верить, что он справится.
Надежда — это не то, к чему я привыкла.
ДЖОЭЛЛЬ
Мы приезжаем в больницу, и как только машина останавливается, я выскакиваю и бегу внутрь.
— Я ищу своего сына. — Я опускаю ладони на стойку регистратуры, где сидит женщина не старше меня и смотрит вверх. — Как его на…
— Дже-Джейд. — Я резко поворачиваюсь на голос Энцо.
— Энцо? — Мое сердце падает от облегчения, когда я вижу его слева от меня, встающего с одного из стульев. Я бросаюсь к нему. Наши тела соединяются, и его руки обнимают меня с непреходящей силой. Я тихо всхлипываю, прижимаясь к нему, его рука скользит по моей спине, успокаивая меня, как он всегда делает.
— Ты что-нибудь слышал? — спрашиваю я, как раз когда Эллиот входит в помещение.
— Пока нет, детка. Но послушай, его зовут Джон Паркер. Я не хотел, чтобы Бьянки узнали, что он у нас. Не волнуйся ни о чем. Здешний персонал не будет задавать вопросов. Мы хорошие друзья с двумя людьми в совете директоров.
— Хорошо. — Кончики моих пальцев подскочили ко лбу. — Мне нужно присесть. — Эллиот занимает пустой стул рядом со мной, а Энцо — другой.
Проходят минуты, и мы ждем в тишине, пока Энцо не нарушает ее.
— Я должен спросить… — Он опирается локтями на бедра, его внимание приковано к Эллиоту. — Откуда, черт возьми, ты знаешь настоящее имя моей девушки?
Он пытается сохранять спокойствие, но я могу сказать, что в нем проснулся зверь.
Эллиот хмыкнул.
— Она моя сестра, чувак.
Он покачивается на своем стуле, сидя прямо.
— Что? — Он проводит рукой по лицу, его глаза мечутся между нами. — Он говорит правду? — спрашивает он меня.
— Да. — Я слабо улыбаюсь своему брату. — Вроде как да.
— Ладно, отойдем. Кто-то должен объяснить мне все это.
В карих глазах Эллиота появляется грусть, и он на мгновение опускает взгляд в пол, прежде чем заговорить.
