Карпов расширил поиск и нашел несколько упоминаний доктора Костаки в околонаучной прессе. Там как раз три года назад появились какие-то осторожные намеки, что Валерий Костаки нарушил принципы врачебной и научной этики, провел какие-то недопустимые эксперименты, после чего ему пришлось по собственному желанию уволиться из знаменитого института. Валерий Николаевич Костаки ушел из большой науки, но не стал безработным. Последние три года он работал простым врачом в частной неврологической клинике, финансируемой крупным благотворительным фондом. Клиника носила имя Шарко. Это имя Карпову было известно по одной-единственной причине – он знал, что существует душ Шарко. Теперь он удивился, что неврологическая клиника названа именем изобретателя душа, и на всякий случай уточнил в Интернете, кто такой этот Шарко. Жан Мартен Шарко оказался выдающимся французским психиатром и неврологом, учителем знаменитого Зигмунда Фрейда, кавалером ордена Почетного легиона и членом Французской академии наук. Еще о нем сообщалось, что в своих исследованиях он активно применял гипноз. На старинном черно-белом дагерротипе Карпов увидел плотного, вальяжного человек в расшитом золотом мундире члена Академии, с яркими, внимательными, властными глазами.
– Так вот оно что! – протянул Карпов вслух.
Он вспомнил, как столкнулся в лифте с девушкой из соседней квартиры, которая была явно в неадекватном состоянии, скорее всего под гипнозом. Рядом с ней был тип, наверное, Костаки. Это многое объясняет… Но не всё. Итак, чтобы найти ответы на накопившиеся вопросы, нужно познакомиться поближе с доктором Костаки. А для этого, в свою очередь, нужно нанести визит в неврологическую клинику имени Ж. Шарко.
Я оставила растерянного Димку на улице. Отвязаться от него мне было нужно позарез, потому что тащить Петрова за собой в клинику я вовсе не собиралась. Я ехала в клинику прямо сейчас, не откладывая дело в долгий ящик и несмотря на то, что уже поздний вечер. Если не получится туда попасть, хоть снаружи осмотрюсь.
Не помню, говорила я или нет, что очень не люблю непонятного. А тут непонятно было всё, и я хотела получить ответы хотя бы на некоторые свои вопросы.
Навигатор сказал, что клиника рядом. За ажурной металлической оградой я увидела серое унылое здание. Видимо, это и есть та самая клиника. Я подошла к воротам. Как и следовало ожидать, они были закрыты в такое время. Но я твёрдо решила попасть в клинику, так что двинулась вдоль ограды, чтобы поискать какой-нибудь проход, но как раз в это время от клиники к воротам подъехала машина. Зажужжал скрытый мотор, и ворота начали медленно открываться. Я бегом вернулась и спряталась в кустах, которые росли возле ворот. Кусты были голые, но фонарь светил тускло, так что вряд ли меня увидит охранник из освещённой будки.
Машина выехала на улицу. Ворота со скрипом начали закрываться, но я успела в последний момент проскользнуть на территорию клиники. Охранник не выскочил из будки и не заорал на меня истошно. Всё ясно, смотрит телевизор или разгадывает кроссворд на работе. Ну, это мне на руку.
Прямо напротив ворот был главный вход в клинику. Однако идти через главный вход я побоялась, мне не хотелось попасть на глаза кому-то из здешнего персонала. Я пошла в обход, стараясь быть как можно незаметнее. Я выбирала самые незаметные участки и едва не наткнулась на скамью. Обычная садовая скамья стояла под деревом, но эта скамья показалась мне смутно знакомой. Когда-то я сидела на ней, с кем-то разговаривала, с кем-то очень для меня важным, но с кем и когда, никак не могла вспомнить. При попытке вспомнить я натыкалась на ту же глухую, непроницаемую стену, что и каждый раз, когда пыталась пробиться в свое прошлое. Но вот странно: буквально сегодня, когда я только пыталась думать о клинике, голову сдавливал тугой обруч, так что кричать хотелось от боли. А сейчас, когда я, можно сказать, почти у цели, голова не болела. Может, я нахожусь в мёртвой зоне?
Сейчас на скамье дремал какой-то старик в надвинутой на глаза старомодной шляпе. Отчего-то мне показалось, что я его уже видела… Странный какой-то… Что он здесь делает в это время?
Я проскользнула мимо скамьи, обошла здание клиники. Здесь была металлическая дверь, выкрашенная тускло-красной краской, посередине был нарисован большой зелёный круг, а в центре этого круга странное существо – то ли скорпион, то ли огромный паук с маленькими красными глазами… Рисунок я видела чётко, потому что над дверью горел свет. Я опасливо посмотрела по сторонам, подёргала ручку двери, но дверь была заперта. Что же делать? Неужели из моего похода в клинику ничего не выйдет?
Я потопталась у двери и вдруг почувствовала какой-то резкий химический запах. Запах лекарства, запах отчаяния, запах больницы.
