– Его невозможно выследить. Эта тварь изменяет не только тело. Вселяясь исключительно в магов, он искажает и свою ауру. Тайная канцелярия гоняется за ним не одно столетие, но теперь эта гнида наконец-то попала в ловушку… Что, киска, думаешь, почему ты и адепт Уокер настолько легко отделались? Да вся тайная канцелярия танцевала джигу, когда стало известно, что Сайрус Гворд вернулся в Кар-Шан. Это закрытый мир, он сам загнал себя в ловушку.
– Но что Сайрус Гворд забыл в Кар-Шане?
– Мы думаем, что здесь остался схрон темных жрецов, в котором они кое-что припасли на черный день. Так что Гворд затаился и выжидает…
– И чего же? – еле слышно мяукнула я.
– Например, когда вы, Даниэлла Тихая, завалите сессию, – едко бросил менталист. – Экзамены начнутся на следующей неделе, а вы вместо подготовки нянчите малышку виверну и еще одну зверюгу.
Даркинфольд намекал, что я чересчур много времени проводила в Руинах. Вот и сегодня стоило заглянуть к Зверю в гости, раз уж день такой урожайный, а информация сыпалась как из рога изобилия.
В логово Зверя теперь можно было попасть через односторонний портал, скрытый в Руинах, обратно вел похожий переход, однако переносил он прямиком в апартаменты архимага. После перехода меня встретили звуки ударов, прерываемые треском магии и скрежетом когтей, – фамильяр Рендела умудрялся тренироваться даже в одиночку. Вот и сейчас его атаковали целых три фантома. Вроде бы ничего особенного, обычный поединок, вот только созданные при помощи магии спарринг-партнеры оказались полной копией Рендела.
Первый шок сменился осознанием, что передо мной всего лишь искусные фальшивки. И все-таки, когда Зверь располосовал когтями одному из них грудь, я с трудом подавила испуганный крик, после чего поспешно спряталась в своем закутке, огороженном магическим барьером. Сюда не долетали звуки боя, так что я устроилась в кресле и открыла УУМ.
Даркинфольд был прав, когда намекнул, что сессия не за горами. Текущие тесты и контрольные уже были написаны, билеты розданы, а индивидуальное задание в этот раз заменили двойным практикумом. Впервые фамильярам и их подопечным предстояло сдавать экзамен вместе. Это нововведение, инициированное лордом Ренделом, должно было повысить шансы пострадавших от озверения на получение хорошей отметки…
– Вы закончили? – тихо произнесла я, не поворачивая головы.
Со стороны могло бы показаться, что я прекрасно владела собой. На самом деле я отчаянно боялась увидеть, во что Зверь превратил магических противников.
– Ты чувствуешь своего мужчину, – низкое рычание звериной глотки указывало на то, что Зверь пока что не сменил форму.
– Не понимаю, о чем это вы.
– Тебе понадобились две секунды, чтобы понять, что Аратейра здесь нет. И это очень хорошо.
– А что плохо? – еле слышно произнесла я.
Предчувствие опасности заставляло сердце отчаянно колотиться в груди. Хотелось незамедлительно выставить щит, сделать хоть что-то для своей защиты, но я выжидала. Я же боевой фамильяр, а не желторотик, только открывший для себя вторую ипостась, и я знала о риске, когда перемещалась в Руины.
Одна секунда. Другая. Сейчас!
Рывок – и вот я зависла под самым потолком, а кресло, в котором я только что сидела, невозмутимо утаптывалось черной тушей. Пристроив шерстяной зад на мягком сиденье, Зверь задрал морду и оскалился в улыбке:
– Плохо то, что ты начала мне доверять. Иначе бы не пришла сюда втайне от Аратейра.
– Я ничего не скрываю от Рендела!
– Однако у тебя накопились вопросы. Спрашивай, кошечка.
Зверь трансформировался: на мгновение черную пантеру окутал темный дым, а когда он растаял, в кресле уже находился обнаженный мужчина. Я поспешно отвела взгляд в сторону.
– Не могли бы вы одеться?
– Я тебя смущаю? – Голос по-прежнему раздавался снизу, но мне казалось, что Зверь находился намного ближе.
Он был фамильяром Рендела, но временами мне казалось, что между нами возникла особая связь. Во время поединков Зверя и Рендела мне было достаточно прикрыть глаза, чтобы безошибочно определить повреждения обоих противников. А еще я начала ловить отголоски эмоций этого фамильяра, и то, что я чувствовала, меня озадачивало. Ведь подобная эмоциональная совместимость была возможна лишь между ближайшими родственниками.
– Вы меня провоцируете. И усложняете и без того непростой разговор. В любой момент может появиться Рендел, и мой приход потеряет всякий смысл.
– Хорошо, кошечка. – Темная дымка скользнула по телу Зверя, превратившись в жилет и штаны. – Теперь я выгляжу подобающе?
Я опустилась на пол, но трансформироваться не спешила. По губам мужчины скользнула ироничная усмешка, он прекрасно осознавал всю неловкость момента.
– Мне сказали, вы были первым фамильяром, которого темные жрецы заставили обернуться. Но я видела… Я видела вас и императрицу. – Лицо Зверя окаменело, и я почувствовала, как шерсть на моем теле становится дыбом. – Я видела, как императрица предала вас. И только это!
– Жаль… Я не прочь поделиться с тобой более интимными подробностями своей биографии.
