– Фонарик, – коротко говорит мужчина по-английски. – Передний карман.
К собственному удивлению, Эмили обнаруживает, что подошла к незнакомцу и шарит в его кармане в поисках фонарика, достаточно близко, чтобы почувствовать запах его волос и кожи. И действительно, в переднем кармане его непромокаемой куртки есть большой рабочий фонарь. В темном коридоре он светит, как прожектор. Эмили направляет его на дверь кухни.
– Собаку лучше занести сюда, – говорит она.
Мужчина кладет пса на кухонный стол.
– Повредил лапу, – объясняет незнакомец. – Я его нашел в одной из пещер.
Он хорошо говорит по-английски, с едва заметным американским акцентом.
У Эмили мелькает мысль спросить его о том, что он делал в пещерах, но потом она решает, что лучше сосредоточиться на раненом животном. На самом деле она на удивление спокойна, почти торжествует. Она столкнулась с худшими своими страхами, монстром в дверном проеме, кошмаром в ночи, и, похоже, в конечном счете их все-таки не убьют. Направив свет фонарика на пыльную черную лапу, она разматывает повязку, для которой, вероятно, незнакомец оторвал клок от своей рубашки. Собака скулит, но не пытается укусить.
– Выглядит неплохо, – уверенно говорит она, хотя у нее никогда в жизни не было животных и вообще она побаивалась собак. – Я сделаю чистую повязку.
– Нет! – одновременно восклицают Пэрис и Сиена. – Не уходи.
Мужчина смеется, показывая ослепительно-белые зубы:
– Не волнуйтесь. Я не убийца. Меня зовут Рафаэль Мурелло. Я археолог.
Звучит знакомо. Эмили слышит слова женщины с
– Да, – произносит она невозмутимо, – я о вас слышала.
Пока Рафаэль стоит и гладит собаку, Сиена находит коробку свечей в одном из кухонных шкафчиков. Они ароматизированные и красиво упакованные, с бантиками – подарок Петры. Эмили зажигает все три и расставляет их вокруг собаки, так что это начинает напоминать алтарь для жертвоприношений. Потом чудесным образом находит аптечку первой помощи, промывает рану и накладывает чистую повязку. «Дьявол» Рафаэль молча за ней наблюдает.
Как только повязка готова, Рафаэль снимает пса со стола. Это большая собака, немецкая овчарка. Эмили думает о том, как легко он поднимает ее.
– Надо помыть стол, – говорит он.
– Я знаю, – резко отвечает Эмили. Итальянцы постоянно твердят о мытье, они просто помешаны на чистоте.
Внезапно Сиена предлагает:
– Мам? Может, чай?
Рафаэль откидывает голову и заливается смехом:
– Чай! Сразу понятно, что я с англичанами.
Так они и поступают. Эмили зажигает газовую плиту (слава богу, у них есть обычный чайник) и готовит чай. Еще она делает сэндвичи с пастой
– Это едят? О господи! Я лучше буду голодать.
Потом они сидят за столом при свете свечей, едят и пьют. Свечи и собака, лежащая у ног, создают удивительный уют. Эмили вспоминает времена, когда была ребенком и не могла уснуть, а мама спускалась с ней вниз за неположенной чашечкой какао. Это было совсем не в стиле ее матери – делать что-то неположенное, наверное, поэтому и отпечаталось в памяти.
– Итак, синьор Мурелло, – говорит Эмили, – что вы вообще делали в пещере?
Рафаэль усмехается. Сейчас его волосы высохли и обрамляют лицо непослушными кудрями. Он не похож на убийцу, но ужасно смахивает на пирата.
– Я веду раскопки поблизости, – отвечает он. – Мы копали траншеи возле пещер…
«Так вот из-за кого дорога завалена», – сердито думает Эмили.
– Когда начался шторм, – продолжает Рафаэль, – я подумал, что лучше проверить раскопки, убедиться, что траншеи не разрушились. Услышал скулеж из пещеры и пошел проверить.
– И вы не испугались? – спрашивает Сиена.
Рафаэль пожимает плечами.
– Нет. Чего мне бояться? Понятно было, что это какое-то животное. Поэтому я пошел в пещеру и нашел там этого малого. Я думаю, что это просто щенок. Он повредил себе лапу и, кажется, очень испугался грозы. Я нес его к своей машине, но оставил ее слишком далеко. Увидел ваш дом. Я слышал, что здесь живет английская семья, подумал, вдруг они хотят собаку. – Он беззастенчиво улыбается Эмили.
Лицо Пэрис мгновенно светлеет.
– Ой, мам! Можно мы его оставим?
– Не говори глупости, – отвечает Эмили. – Наверняка у него уже есть хозяин.
– Не думаю, – возражает Рафаэль. – Мне кажется, он жил в пещерах. Скорее всего, бродячий.
– Мы не хотим бродячего пса, – говорит Эмили. – Он, наверное, полудикий.
Они все смотрят на собаку, которая смирно сидит на полу у миски с водой.
– Да, – соглашается Рафаэль. – Правда похож на адскую зверюгу?
Пес виляет хвостом.
Поскольку снаружи бушует шторм, Эмили кажется, что стоит предложить Рафаэлю и собаке остаться на ночь. Света все еще нет, пламя свечей дергается, когда ветер сквозит из продуваемых (аутентичных) окон.
– Не нужно кровати, – говорит Рафаэль, – я посплю на диване, с адским псом.
Сиена с сомнением смотрит на него. Он вроде ничего, но было бы хорошо, если бы он перестал болтать про ад.
Рафаэль широко улыбается ей из-за стопки постельного белья, выданного Эмили.
