– Ну, нет уж!.. – Вот теперь уже я встала в позу. – Вы начали этот разговор, и я хочу знать, господин Инчиро, а что еще, кроме золота, вам дорого? Вы хоть кого-то любили в этой жизни?
Он вздохнул и выпустил из захвата мое плечо.
– Я любил мать, правда, безответно, – его губы искривила жесткая ухмылка. – Именно она и научила меня правде жизни – женщина в мужчине любит только его деньги.
– Ой ли?
Я весьма недвусмысленно взглянула на призрак, притаившийся на потолке.
Мадам Джакобо прекрасно слышала слова своего сына.
– Да, Арина, теперь мне интересно, за что можно купить тебя. – Демон, оставив меня, вышел из уборной и обернулся: – Что мне нужно тебе предложить, чтобы получить твое тело?
Я закатила глаза.
– Арина!!! – нашел, наконец, Сепп нужный поворот. – Арина, я слышал про нападение…
Оборотень появился в коридоре и лосем понесся на меня. Мгновение, и я оказалась на его руках.
– Руперт, немедленно опустите меня! – взмолилась я, глядя на вмиг обозлившегося демона.
– Вам нужно успокоиться, – запротестовал наш мохнатый юрист.
– Так я уже спокойна.
– Может, тогда чашечку черного кофе? – приподнял он густую темную бровь. – Он вас взбодрит.
– Ну, кофе можно, – приобняла я оборотня за плечи. – Но все же хватит меня носить на руках.
– А мне нравится, – засмеялся перевертыш и понес меня в сторону приемной.
Обернувшись, я заметила, как полыхают глаза демона, как сжимаются в кулаки и разжимаются его ладони.
Кажется, босс был действительно зол.
Ну ничего, ему полезно.
В кабинете было тихо. За дубовым тяжелым столом с поникшими плечами сидел демон. Его взгляд, устремленный в одну точку, ничего не выражал. В нем царил холод. Тот, что с детских лет выстуживал его душу. А еще одиночество, которое казалось ему таким естественным.
Время тянулось медленно, принося мужчине дополнительные терзания.
Чего он ждал? Или кого? Сам не понимал. Быть может, новый день.
Ведь прошедший у него совсем не задался. Он скривился и невольно коснулся ладонью груди, в том месте, где билось сердце.
Растерянность.
Его душу оплетало тревожно-сладкое чувство. Новое для него. Непонятное. Мысленно он вернулся к моменту, когда в холле этот проклятый медведь схватил девушку. Сердце забилось быстрее. Ладони вспотели. Он ведь тоже испугался, но виду не подал. Это ведь слабость.
Но… Она ему не поверила. Заплакала, думая, что он даст ее в обиду.
«Я для него ничего не значу. Он вообще никем и ничем не дорожит…» – эта фраза не давала ему покоя.
Злила и делала слабым. Уязвимым.
Потому как она была лживая.
Дверь тихо приоткрылась. Он вскинул голову, но не увидел своего бестелесного вечернего гостя.
Призрак демонессы скользнул в неуютное помещение. Она никогда не была здесь при жизни. Не считала нужным. Ей и мысль эта не закрадывалась в голову. Сейчас же она, облетев комнату, опустилась на единственное кресло для посетителей.
Поежилась. Ее взгляд прошелся по окну, занавешенному темной шторой, по столу, массивному и грубому. Шкаф, папки… Ни цветка на подоконнике, ни картин по стенам. Ничего, что придало бы помещению хоть толику уюта. Лишь небольшой портрет.
На нем она. Еще молодая. Сколько было Инчиро в тот год? К своему стыду, она не помнила. И это причиняло ей боль. Стыд и обида на себя же. У нее был сын. Мальчик, о котором она не знала ровным счетом ничего.
Ее одинокий и забытый Инчиро.
Он сидел сейчас прямо перед ней.
Сильный, красивый и абсолютно пустой.
– Что вам всем не хватает, мама? – выдохнул он, глядя на портрет. – Я же из кожи вон лез, чтобы ты, наконец, осознала, как я важен тебе. Я всю эту корпорацию создал ради тебя. Чтобы обеспечить всем. Я хотел купить себе счастье быть сыном. Но тебя больше нет… Ты так и не поняла…
На его скулах заиграли желваки.
Демон злился, отчего в его глазах, так похожих на ее, разгоралось неистовое пламя.
– А теперь появилась она… Я ничем и никем не дорожу, по ее мнению. Это ложь! – Он с силой ударил кулаком по столу. – Я бы никогда не позволил обидеть ее. Я хотел спасти…
Поставив на стол локти, он закрыл лицо ладонями.
– Одними цветами ее не купишь. Ромашки! Дурак! Да какой женщине понравятся они? Она посмеялась, а я купился. Мама, что же вам нужно, чтобы и я оказался любим? Что? Что я делаю не так? Ты говорила – золото отворяет любые женские сердца. Ты говорила – только обеспеченный властью мужчина достоин, чтобы его любили. Но это ложь!!! – его рык эхом отразился от стен. – Все ложь!!! Ни одна меня не любила. Они продавались, а я покупал. Но это не любовь… Совсем не любовь!
Запустив пятерню в волосы, он умолк.
Демонесса же, сидя напротив него, тихо плакала, понимая, насколько глубокую рану нанесла сыну. Как жестоко с ним обошлась.
И уже неважно стало, попадет она в нижний мир или нет. Ее мальчик оказался в беде.
– Ты будешь счастлив, Инчиро, – прошептала она, протягивая к нему руку. – Мамочка позаботится об этом. Я покажу ей тебя настоящего. Ничего, пока будет тебе невесту искать, влюбится. Мама все сделает, милый. Мама тебя теперь не оставит.
Она осторожно коснулась призрачной рукой его темных густых волос.
Демон замер, но головы не поднял.
