Призрак засуетился под потолком, заметался, окрыленный собственной гениальной идеей. Демон же присел и принялся собирать разбросанную бумагу. Его внимание привлекли скрепленные листы.
Отчет о деревообрабатывающем заводе. Именно его искала Арина. Нет, он ни в чем ее не подозревал, хотя порой девушка и казалась ему странной. Но было что-то в ее словах, что зацепило.
Поднявшись, он забрал и ту выдержку из доклада, которую она сделала сегодня.
– Ладно, взгляну, что ты там накопала, – буркнул он себе под нос. – Лошадей я действительно люблю.
Он, казалось, удивлялся сам себе.
Сняв халатик с крючка, я продела руки в рукава и взглянула в зеркало. Улыбнулась.
Стыдно признаться, но сегодня у меня случился настоящий поцелуй. Все, что было до этого, не шло ни в какое сравнение с лаской Инчиро.
Вот кто бы мне сказал, что я впервые почувствую настоящее желание в объятиях демона – посоветовала бы обратиться в местный психдиспансер.
Но факт остается фактом. От воспоминаний у меня щеки вспыхнули. Какие же сладкие его губы!.. Твердые, сухие, но сколько же нежности они могут подарить. Я до сих пор ощущала вкус этого мужчины. Сладкий.
Так неожиданно и немного нелепо.
Прикрыв глаза, я сделала вдох полной грудью.
И волнительно, и страшно. Босс ведь. К тому же один из главных злодеев бизнеса этого мира. Угораздило же меня!..
Я вспомнила, с каким аппетитом он уплетал борщ, и тихо засмеялась. Нет, до мирового зла ему, ой, как далеко. Жаль, что я для него, скорее всего, недоступная игрушка. Получит, поиграет, сломает и бросит.
Конечно, я понимала это, но какая-то часть моей души желала рискнуть, другая же до дрожи боялась боли, которая придет после.
Выдохнув, я снова взглянула на себя в зеркало и вздрогнула всем телом.
– Госпожа Джакобо, вы моего инфаркта добиваетесь? – прорычала я отражению, которое вдруг стремительно преобразилось в облик демонессы.
И почему в нашем мире считается, что нечисть не отражается в зеркалах? Вот же оно, вот!..
– Ой, тебя доведешь, – фыркнула Джакобо в ответ. – У меня случилось настоящее горе, Арина.
– Еще одно? – Я скептически приподняла бровь. – Вы решили помереть дважды? Или узнали, что вас похоронили не в том платье? О, ужас, не в самой элитной части кладбища?
Она по пояс вылезла из зеркала и возмущенно уставилась на меня, всем своим видом демонстрируя, что оскорблена до глубины души.
– Что? – сдулась я. – Что может случиться такого ужасного у призрака? Нимб лопатой с головы сбили?
Взгляд демонессы стал более осуждающим.
Я развела руками. Ну, правда, сил уже не было всем сочувствовать. Меня бы кто пожалел.
– Да говорите уже, – не стерпела я. – Что вы здесь паузу по Станиславскому держите?..
– По кому? – не поняла она.
– Какая разница?! – рявкнула я на неупокоенную неугомонную душу. – Излагайте…
– Сорок дней, – выдала она. – А он даже на кладбище не собирается.
– Помянуть? – Я вмиг успокоилась. – Нехорошо, конечно. Не знала, что и у вас есть эти традиции.
– Конечно, есть, Арина. На сороковой день душа окончательно уходит в иной мир и уже не возвращается.
– А вы как же? – Я ощутила легкую панику. – А с вами как?
– Отсрочка, – выдохнула она. – Но это ладно. Напомни ему, я тебя очень прошу. Пусть приедет на мою могилу и помянет. Может, там наверху поймут, что не совсем пропащий мальчик мой.
Завязав халат, я кивнула.
На мгновение я себя представила на месте Инчиро. Да, с матерью у нас всегда были нездоровые отношения. И дурой нужно было быть, чтобы не понимать – я для нее дочь нелюбимая. Но несмотря на это, я всегда пыталась ей помочь. Втайне надеясь, что когда-нибудь она поймет, насколько я важна для нее.
Когда-нибудь она обнимет меня и скажет, что любит, и как неправа была, срывая на мне злобу на отца.
А вдруг это произойдет уже после ее смерти, и никто не сможет ей помочь, как я мадам Джакобо.
– А люди? Они попадают в ваш верхний мир?
– Да, – демонесса пожала плечами, не догадываясь, о чем я думаю.
– А вы можете похлопотать там за одного человека, – нужная мысль окончательно сформировалась в голове, вынырнув из тумана страха, в котором и родилась.
Мадам выпорхнула из настенного зеркала и опустилась на край ванны, расправляя призрачные складки красивого вечернего платья.
– Ну… Я в очень близких отношениях с привратником небес. Более того, в него влюблена. А у него есть разные бланки, которые попадают прямо в небесную канцелярию, а далее к богам. Так что, наверное, могу замолвить словечко за тебя, Арина.
– Не за меня, – покачала я головой, – за мою мать. Я не хочу, чтобы после смерти она попала в вашу ситуацию. Пусть боги знают, что я прощаю ее за все и люблю, несмотря ни на что.
Демонесса поменялась в лице. Видимо, не ожидала подобной просьбы с моей стороны. Она призадумалась. А потом медленно кивнула и тут же покачала головой.
– Нет, Арина. Если ей суждено так же, как мне, подпирать забор в высший мир, то и пусть. Это, знаешь ли, полезно. На себе проверила.
Я нахмурилась. Такой ответ мне совсем не понравился.
– Она – моя мама. И я не желаю, чтобы она призраком неприкаянным скиталась невесть где.
