Затем был горячий душ, за которым последовал ужин со стейком ти-бон и всем прилагающимся — еще одна традиция для вернувшихся разведчиков. После этого мы выпили в клубе, где Бен рассказал о нашем выходе горстке заинтересованных слушателей; их было бы больше, но мы не участвовали ни в каких перестрелках. По иронии судьбы, самый успешный разведвыход — сбор разведданных не будучи обнаруженными — может показаться почти рутиной.
В ту ночь залезть в чистые простыни оказалось чувственной роскошью. Я спал крепко.
Официальный разбор занял все следующее утро, когда аналитик шаг за шагом прошелся с нами по всему выходу, вытягивая из все возможные подробности. Он тщательно записывал каждый след, занес в базу данных SOG пустой базовый лагерь, как и место нового лагеря, которое мы разбомбили. Несмотря на то, что в результате бомбардировки, должно быть, погибли десятки NVA, наша оценка в двадцать пять убитых была всего лишь мимолетной статистикой — в SOG так и не возник менталитет "подсчета тел"[38]. Добыть разведданные было важнее, чем уничтожить противника.
Оказалось, что нашей самой ценной разведывательной информацией был объект, описанный нами лишь по случайности — тот затемненный самолет. Во время Второй мировой войны, как мы узнали, в Советском Союзе строили лицензионную версию американского C-47 под названием Ил-718[39] и позже поставляли их Ханою. Подразделение Майк Форс, сражавшееся возле Бенхет, докладывало о транспортном самолете и парашютах ночью, но тогда это сочли умопомрачением или ошибкой, но сейчас мы подтвердили их разведданные. ВВС Северного Вьетнама сбрасывали с воздуха критически важные предметы снабжения, возможно, медицинские.
На следующий день для нашей группы началась недельная пауза, целых семь дней на отдых: никаких построений, никаких нарядов, никакого установленного распорядка, ничего. После недели в джунглях с тяжелой выкладкой мы были истощены физически, но наше психическое истощение было еще сильнее. Это непрекращающееся напряжение — постоянно настороже, постоянно наблюдать, постоянно скрываться и постоянно слушать, но ни разу не заговорить нормальным голосом — знание, что малейшая ошибка означает вероятную смерть или исчезновение навсегда. Психологический урон был гораздо большим. Нам нужна была эта неделя.
Мы могли бы отправиться куда угодно в Южном Вьетнаме, например, на C-130 "Блэкберд" в Сайгон или Дананг, где у SOG были конспиративные квартиры с бесплатным проживанием. Но Бен и Джордж не были любителями вечеринок, так что мы остались прямо там, на FOB-2. В основном я валялся, читал книги днем и общался в клубе ночью. Джордж работал над словарем языка монтаньяров, который он составлял, слушал записи "Саймон и Гарфункель", и писал письма своей семье в Олд-Лайм, Коннектикут. Каждое утро мы втроем отправлялись в трущобы за воротами FOB-2 за китайским супом. Сидя на хлипких табуретках и пользуясь общими ложками, хранившимися в стоявшей на столе жестяной банке, мы прикончили множество десятицентовых мисок говяжьего бульона с лапшой, рубленой зеленью и острым перцем. Всякий раз, когда мы уходили, старая мамасан тщательно обтирала наши ложки и совала их обратно в банку для следующих посетителей.
РГ "Огайо" тоже была на паузе, так что в один из дней я повеселился с Флойдом Эмброузом и его Один-Один, Фрэнком Беллетиром. Прозванный "Свинарником" за свое отношение к личной чистоплотности, Флойд ангажировал нас пить пиво в комнате своей группы с десяти утра. Мы были уже изрядно навеселе, когда через два часа переместились в клуб, где обнаружили нескольких парней из РГ "Мэн", потягивающих напитки и играющих в "Монополию". Еще один парень из РГ "Невада" скорчился у задней двери и блевал, он выпил целую бутылку "Колд Дак"[40], поспорив на 5 долларов.
За пару минут Флойд сдвинул три стола, усадил всех за них и включил на музыкальном автомате подборку хитов вестерн-кантри. Флойд любил как следует повеселиться. Парень из РГ "Невада" все еще был в боевом настроении, поэтому бросил нам вызов выпить коктейль по его выбору. Почему бы и нет? Он принес скотч с грейпфрутовым соком, что звучит хуже, чем есть на самом деле. Мы убрали его влегкую.
Затем Флойд предложил: "А теперь давайте коктейль разведки". Да, черт возьми, взревели все. Потом мы спросили, что в нем.
Начали с того, что в пивном кувшине смешали набор спиртного: водку, джин, ром, скотч, бурбон, бренди, шнапс, пиво и вино. Флойд покрутил его, понюхал, затем добавил щепотку выковырянных из пупка волос. "Чисто для вкуса", — объяснил он. Он передал его парню из РГ "Невада", который, недолго думая отхлебнул, а затем передал мне. Он был крепок, обнаружил я, но не так уж и плох. Я сделал глоток. На мгновение он снова оказался в руках Флойда, он отпил, но был явно недоволен. "Его неправильно размешали", — объявил он, расстегивая ширинку, засовывая член в кувшин, и перемешивая жидкость.