Наконец, птичка РГ "Копперхэд" зависла, борттехник вытолкнул лестницы, и Дэвис, Ламотт и четыре нунга спустились, а затем спрыгнули и съехали с холма. Они высадились, безопасно и, насколько они могли судить, незамеченными. Их задачей была разведка местности в расчете найти телефонную линию, достойную подключения прослушивающего оборудования, которое было у Рикардо.
Несколько часов они двигались без происшествий, пересекая старые тропы и слыша редкие выстрелы вдалеке, но не встретили ни одного солдата NVA. В середине дня Дэвис велел остановиться, чтобы Ламотт попытался выйти на связь, но никто не ответил.
Зная, что они не смогут вызвать поддержку с воздуха, если вступят в контакт, Дэвис увел их подальше от вероятных мест расположения противника, держась в густых джунглях. Они двигались медленно и тихо, меняя направление, чтобы противник — если он привлечет следопытов — не мог предугадать, куда они направляются, и устроить им засаду. Они двигались почти до темноты, затем спрятались на ночь в слоновой траве[44] высотой рост человека. На закате Кови должен был пролететь над РГ "Копперхэд" для получения их итогового за день доклада об обстановке, но они так и не услышали его двигатели, и вновь, никто не ответил на их радиовызовы. Все больше беспокоясь, Дэвис и Ламотт просидели большую часть ночи.
Когда рассвет не принес ни Кови, ни радиосвязи, их напряжение стало ощутимым. Что, черт возьми, происходит? Неужели произошла какая-то катастрофическая атака — повторение Тет-68 — и они были предоставлены сами себе, пока битва не утихнет? Могли ли про них забыть?
Когда полностью рассвело, Дэвису стало видно, что их ночная позиция не была обороняемой — им нужно было двигаться. Но едва они вышли, как раздались сигнальные выстрелы, всего в 200 ярдах (183 м) позади них. Теперь они должны были продолжать движение, чтобы стряхнуть с хвоста следопытов. Следующие два часа они шли, уклоняясь, но всякий раз, когда они, казалось, отделывались от следопытов, раздавались новые сигнальные выстрелы. Затем они услышали движение на фланге, и им пришлось отвернуть от него.
Вскоре Дэвису и Ламотту стало неотвратимо ясно, что их направляют к невысокому хребту. Они поспешили туда и обнаружили большие поваленные деревья, которые давали хорошее укрытие от винтовочного огня, но за гребнем джунгли сменялись обширными лугами и старыми подсечно-огневыми полями. Они не могли вернуться тем путем, которым пришли, и теперь движение вперед было практически невозможно. Их единственным выходом, решил Дэвис, было укрыться среди поваленных деревьев.
В полдень Ламотт снова не смог установить связь. Затем, на пределе видимости, он мельком увидел северовьетнамцев. Среди их китайских нунгов нарастало беспокойство. Дэвис выдвинул двух из них вперед с целью заблаговременного предупреждения. Ламотт активировал свой аварийный радиомаяк, который мог быть принят любым пролетающим самолетом. Никто не ответил.
Затем Дэвис и Ламотт сели, прислонившись к бревну, чтобы взвесить альтернативные варианты; они вновь убедились, что лучше всего будет оставаться в укрытии до ночи, а затем ускользнуть в темноте. Ламотт никогда не участвовал в серьезных перестрелках, поэтому Дэвис пошутил, что все это было частью его "генерального плана", чтобы Джим получил надлежащий опыт, необходимый для принятия командования группой. Дэвис прошептал: "Знаешь, если кто-нибудь не подстрелит в тебя в ближайшее время, это сделаю я, просто чтобы ты знал, каково это". Ламотт усмехнулся.
Затем их хвостовой стрелок, Он, примчался к ним на четвереньках, на его лице была написана тревога, а Лок, гранатометчик, обхватил себя рукой за горло, подавая сигнал: "Противник в поле зрения". Прежде чем Ламотт успел повернуться — Стрельба! Стрельба отовсюду! Что-то сильно ударило Ламотта в спину, швырнув его лицом в землю. Рядом с собой он услышал крик Рикардо Дэвиса: "Джим!"
Северовьетнамцы набросились на них с двух сторон, стреляя из АК. Ламотт расстрелял один магазин, выбросил пустой, перезарядил, послал затвор вперед, и ничего не произошло. Устранение задержки заняло, казалось, целую вечность. Он взглянул на Дэвиса и понял, что его друг мертв, мгновенно убитый выстрелом в голову, хотя в него попали несколько пуль. Еще несколько должны были убить и Ламотта, но все четыре выстрела попали в его рюкзак и радио, сделав его бесполезным. Их хвостовой стрелок, Он, был ранен первой очередью, в то время как Лок тоже, но не так серьезно.
Теперь Ламотт действительно испугался. Если первые выстрелы противника были такими точными, и он был достаточно хитер, чтобы прокрасться несколько сотен ярдов незамеченным, то это должны были быть специальные противодиверсионные силы. Каковы были шансы Ламотта, когда радио нет, а половина членов группы ранены или убиты?