Весь прилегающий район в итоге превратился в германский протекторат. Туда хлынули караваны с оружием и золотом. Шёнеман выгнал из Керманшаха русского консула барона Черкасова и английского – Макдуэля. За компанию с ними вылетел с места и русский военный агент полковник Кирсанов. Следом убежали отделение Британского Имперского банка и эскадрон шахских казаков.
Русские с англичанами вскоре отважились вернуться под нашим конвоем, но доехали только до Гамадана. Шёнеман подкупил вождя луров Назар-Али-хана, и тот сдал ему в аренду 400 вооруженных всадников. Немец занял с ними город Сагнэ, стоящий на пути к Керманшаху, и послал оттуда ультиматум губернатору Фараджолле-хану с требованием не пропускать дипломатов. Чиновник запросил Тегеран, там ответили: оказать русским и англичанам полное гостеприимство, а немца послать к шайтану! Но когда те приехали в городишко Кенговар, что рядом с Сагнэ, их миссию блокировали луры. Здание миссии подверглось обстрелу, один русский пограничник из состава конвоя был убит и один ранен. Консулы оказались в осаде. Наглый михель заявил им через Фараджоллу-хана, чтобы убирались подобру-поздорову. Он не хочет их убивать только из человеколюбия, пусть ценят его доброту… А то будет как с фон Кавером! Шахская власть показала свое полное бессилие перед германо-турецкими интригами.
Показательно, что лурам помог справиться с русским конвоем отряд персидской жандармерии под началом шведского полковника Чальстрема.
Вся страна гудела как пчелиный улей; назревали кровавые события. Из Турции совершенно открыто шли караваны с оружием вплоть до Тегерана. Посол Германии принц Генрих XXXI Рейсский раздавал его своим резидентам, а те вербовали отряды из фанатиков для нападения на русские и английское войска.
Правой рукой посла в деле шпионажа стал военный агент Германии в Персии граф Ганс Вильгельм Александр фон Каниц. Аристократ, разведчик, востоковед, авантюрист – все в одном лице. Граф поселился в Исфагане, древней столице государства, и сколотил там мощную агентурную организацию, протянувшую свои щупальца аж до Сибири. В частности, именно оттуда бежали немецкие и австрийские пленные и через русский Туркестан попадали к своим. «Тешкилят-и-Махсуса» сумела даже организовать побег из Иркутска в Китай командира 9-го корпуса Исхана-паши, сдавшегося под Сарыкамышем! Чины поменьше не возвращались в свои части, а становились военными инструкторами фидаев. В окружении фон Каница собралось уже больше сотни таких беглецов в офицерских и унтер-офицерских чинах.
Оскару Нидермайеру тоже удалось отличиться. Его агенты подняли восстание в Индии, в стране мохмаданов. Около Сафизкора произошел бой, в котором участвовало 10 000 мусульман. Они проявили большую решительность. Британцы потеряли 3 офицеров убитыми и 4 ранеными, а сипаев погибло почти сто. Еще полсотни пропало без вести – то ли дезертировали, то ли угодили в плен. Казалось, вот-вот полыхнет по всему Индостану…
Напуганные русскоподданные бросились в Казвин, где стоял наш гарнизон, и спрятались под его защиту. Люди шли со всего севера страны, бросив пожитки. Большей частью это были этнические кавказцы, но хватало и русских: торговцы, служащие наших учреждений, миссионеры. Туда же начали стекаться и персы, с целью пограбить богатую добычу. Правда, для этого нужно было сначала победить казаков.
В такой нервной обстановке Николай Лыков-Нефедьев начал свою секретную операцию. Сперва сотника Гнатченко перевели из полковых адъютантов в штаб 4-й Кавказской казачьей дивизии офицером для поручений. Через две недели подключился лучший помощник разведчика, его резидент в Казвине Кербалай Али-Абас. Известный торговец, знаток Корана, участник религиозных диспутов был известен в городе твердой верой.
Как и полагается восточному торговцу, Али-Абас не брезговал никакими доходами. В частности, он слыл отменным карточным шулером. И охотно согласился стать доверенным лицом Юсуфа Халем-бека, агента-вербовщика Шёнемана. Юсуф действовал под легендой владельца мануфактурного магазина. Германская агентура орудовала не скрываясь, и ее нетрудно было опознать.
Вскоре купец пришел к магазинщику и показал толстую пачку русских банкнотов:
– Смотрите, как мне повезло! Штабной офицер позавчера напился и проиграл мне в притоне Одноглазого Фатхада сорок тысяч рублей. Это десять тысяч туманов!
– Откуда у простого офицера такие средства? – удивился магазинщик. – Что-то тут не то. Деньги-то настоящие?
– Я сам сперва сомневался. Потом поговорил с его денщиком и узнал много интересного. Еще кое с кем пошушукался… Все просто: этот офицер – вор, причем потомственный; его отец сидел в русской тюрьме за казнокрадство. А тут еще война, возможность легкой наживы. Но бедняга влип: деньги скоро придется сдавать в полковую казну, а их нет! Чуете, уважаемый, куда я клоню?
– И как зовут того беднягу? – небрежно поинтересовался Халем-бек.
Али-Абас не дал себя провести:
– Прежде чем я вам его назову, давайте сначала договоримся: сколько я получу за наводку?
