– Это зависит от того, что там за человек. Надо же собрать о нем справки. И не так, как вы, у денщика, а по-настоящему.
– И что? – не понял купец.
– Дабы их собрать, нам нужно знать имя.
Двойной агент «задумался», потом нехотя согласился:
– В ваших словах есть резон. Но меньше ста туманов – если все окажется в порядке – с вас взять никак нельзя. Ведь штабной!
– Я поговорю с начальством. А теперь имя.
– Сотник Адриан Гнатченко, офицер для поручений в штабе русской казачьей дивизии. Проживает возле медресе Гаюн. Денщика зовут Федор, и он пьяница.
Агент-вербовщик записал данные, потом взял у собеседника деньги и не поленился все их пересчитать и проверить – не фальшивые ли. Почмокал завистливо губами: вот же повезло человеку! И выпроводил агента.
Уже на следующий день Адриана взяли в проследку. Агенты съездили в 1-й Полтавский полк и поговорили там с фуражирами и солдатами нестроевой роты. Им дали понять, что бывший адъютант – человек с гнильцой. Затем перс, поставляющий в дивизию мясо, дал взятку писарю, чтобы посмотреть в формуляр нового офицера для поручений. Писарь – татарин из Касимова – взял десять рублей и показал единоверцу бумаги. Однако потом татарина заела совесть, он пришел к начальнику штаба и покаялся. Тот сообщил Чернозубову, но генерал отмахнулся…
Так прошла неделя. Сотник каждый вечер ходил в один и тот же кабак и там с мрачным видом напивался в одиночестве. И наконец однажды к нему подсел туземец и на приличном русском сказал:
– Я знаю, как вам помочь.
– А? Ты кто? – зло спросил сотник.
– Я знаю, как вам помочь, – повторил незнакомец.
– К черту! Мне уже нельзя помочь. Ах я, пропащая башка…
– А вот и нет, Адриан Евграфович, помочь можно. Вам нужны сорок тысяч.
– Откуда знаешь? – отстранился офицер. – Хотя… понятно. Нет, я сейчас позову патруль, и ты объяснишь там свои слова.
– А вы потом застрелитесь? – ехидно парировал перс.
– Не твое дело!
– Умнее будет выслушать меня и подумать.
Казак осекся, затем осмотрелся. Вокруг мирно сидели туземцы и пили чай. Других русских, кроме него, в заведении не было.
– Не бойтесь, если ваши пойдут, мне скажут.
– Даже так? Однако!
– Меня зовут Юсуф Халем-бек. Я богат и люблю иногда делать добрые дела. Вот, узнал о вашем несчастье и решил поддержать…
Сотник зарычал:
– За дурака меня держать не надо. Переходи к делу.
– Как угодно. Вы украли из полковой казны десять тысяч туманов. Это ваше жалованье за одиннадцать лет службы. Правильно мы подсчитали?
– Вы – это кто? – спросил Гнатченко уже без раздражения.
– Патриоты. Вы ведь находитесь в чужой стране, а ведете себя как хозяева. Многим из нас это не нравится.
– А быть турецким шпионом вам нравится?
– Мы с османами одной веры, – с достоинством ответил перс. – И вообще, перестаньте меня задирать. Я ваш единственный шанс вывернуться, ведите себя повежливей.
Сотник долго молчал, гонял по скулам желваки; было видно, что он весь на нервах. Потом обмяк:
– Я вас слушаю, уважаемый Халем-бек.
– Так-то лучше. Уважаемый Адриан Евграфович… Когда надо отдать сорок тысяч рублей в полк?
– Через два месяца край. Лучше раньше.
– Сколько у вас имеется своих?
– Три тысячи сто восемьдесят рублей. Вот расплачусь за выпивку, останется меньше…
– Значит, надо найти остальные?
– Точно так.
Туземец вынул из кармана толстую пачку русских банкнотов и потряс ими:
– Мы можем договориться прямо сейчас.
– Откуда я знаю, что не контрразведка вас подослала? – резонно спросил сотник, а сам не отводил взгляда от денег.
– А вам есть что терять? – парировал Халем-бек.
Казак повесил голову. Вербовщик опять заговорил мягко, вкрадчиво:
– Здесь три с половиной тысячи. Ответите на мои вопросы, и деньги ваши. Никто об этом не узнает. А если договоримся о длительном сотрудничестве, то и весь долг погасите. Вместо пули в сердце…
Гнатченко выпрямился, уперся локтями и смотрел теперь прямо в глаза вербовщику:
– Давайте попробуем.
– Давайте. Какими вопросами вы занимаетесь в штабе дивизии?
– Э-э… По сути, я правая рука начальника штаба полковника Гибер-фон-Грейфельфейса. Оперативные планы, отчеты в штаб армии, заведование личным составом…
– А разведка?
– И разведка тоже.
Перс некоторое время разглядывал русского, будто не решался его о чем-то спросить. Наконец заговорил опять:
– Какие планы у вашего командования? Скажем, до зимы.
Сотник сдвинул брови:
– Пока планы такие, что будем стоять здесь. Англичане просят помощи, они боятся за свою «жемчужину» и просят создать завесу между Турцией и Индией.
– Завесу? Поперек всей Персии? Разве такое возможно?
Казак попросил еще водки, и чекушка была ему тут же принесена. Он выпил немного и сразу перешел к делу:
– Вы же знаете, уважаемый Юсуф, что мы с ними поделили вашу державу на три части. Север наш, юг ихний, а посередине нейтральная зона. Черта разграничения проходит от турецкого города Ханекена через ваш Иезд к селению Зюльфагар на афганской границе.
Вербовщик кивнул в знак согласия. Сотник продолжил:
– Велено подготовить линию связи с англичанами. От Каспийского моря к Персидскому заливу.
– Через пустыню и враждебные вам племена?
