Вдруг он что-то почуял, остановился. Было слышно в звенящей тишине, как он потягивает носом. Снова заскрипели подошвы, субъект добрался до площадки. Но постучал не сразу, помялся, дрогнули перила – он глянул в пролет, ведущий вверх. Дальше осматривать не стал – иначе все закончилось бы раньше. Он еще немного поколебался, постучал условным стуком: три коротких удара, пауза, снова три коротких. Посетителя ждали, дверь распахнулась, никаких наводящих вопросов не прозвучало. Дежурное бормотание: «Добрый день, проходите, пожалуйста…» Посетитель переступил порог.
В этот момент майор сорвался с места! Оттолкнулся от одной стены, от другой, в три прыжка одолел лестничный марш, бесцеремонно втолкнул гостя в квартиру! Тот не успел даже обернуться. Стычка была короткой, обошлось без выстрелов. Немец взмахнул руками, получил сапогом под зад, помчался быстрее пули, сбил с ног открывшего ему дверь. Оба испуганно вскрикнули. Мужчина в черном плаще распростерся, как медвежья шкура, второй выкатился из-под него, метнулся в квартиру, проявляя завидную для своего возраста прыть.
Раздумывать было некогда – Ракитин кинулся не разбирая дороги. Пусть Корзун разбирается с упавшим. Последний взревел благим матом – Андрей наступил ему на спину. Одним прыжком майор влетел в гостиную – та оказалась весьма вместительной. Шторы задернуты, но кое-что видно: мягкая мебель, помпезные кресла, на полу ворсистый ковер, в дальнем углу – пианино. Туда и летел, подбрасывая пятки, невысокий коренастый субъект с лысоватым черепом. Он грудью навалился на пианино, потом резко повернулся, вскинув руку с компактным «браунингом». Испуганно блестели глаза сквозь замутненные стекла очков.
Ракитин подлетел как нельзя вовремя, ударил противника кулаком в челюсть. Голова очкарика дернулась – как-то даже чересчур – до явно различимого хруста. Подкосились ноги, он рухнул, треснувшись затылком о крышку, закрывающую клавиши. Пианино тревожно загудело. Он упал, потеряв очки и пистолет, потом завалился на бок, глаза при этом остались открытыми…
Перестарался, товарищ майор… Андрей опустился на корточки, подтащил к себе безжизненное тело – нечего отлеживаться под фортепиано! Мужчина был одет в пуловер тонкой вязки. Куртка, в которой он прибыл, валялась в кресле. Еще одна жизнь оборвалась на самом интересном месте. И поди догадайся, от чего он скончался – то ли с шейными позвонками беда, то ли затылок проломил неумелой игрой на фортепиано… С музыкального инструмента капала кровь. Под затылком расплывалась бурая жижа. Голова была неестественно вывернута.
Субъекту было за сорок, крепко сложенный, невысокий. В последнее время он точно не голодал, выглядел упитанным. За спиной возился и чертыхался Корзун – втаскивал в комнату второго, в черном плаще. Кинулся к окну, раздвинул шторы, вернулся к субъекту, который приходил в себя и протяжно стонал.
– Товарищ майор, это не Трауберг… – сообщил с обидой в голосе старший лейтенант.
Ракитин не сдержался, выругался. А ведь такой путь проделали… Он сделал несколько глубоких вздохов, борясь с нахлынувшим отчаянием. Не время опускать руки, действовать надо! Он метнулся в прихожую, закрыл дверь. Какого дьявола Корзун оставил ее открытой?
Мужчина жалобно стонал, дрожали ресницы. Шляпа слетела с головы, обнажив темные волосы. А у Трауберга – седые! В свете фонаря осветилось породистое скуластое лицо, зеленые глаза с блеском. В них металось отчаяние. Пока противник не начал действовать, Корзун в качестве профилактики двинул ему в челюсть. Субъект опять лишился чувств.
– Может, Трауберг, только перекрасился? – неуверенно предположил подчиненный.
– Сам ты перекрасился, – огрызнулся Андрей. – А заодно омолодился, чего уж там. Этот лет на пятнадцать моложе Трауберга. Вот же незадача… Проверь документы и отбери оружие.
Он закурил, уселся на пол и откинул голову. Размеренно дышал, наполняясь спокойствием. Только откуда его взять, столько спокойствия?
– «Парабеллум» и две запасные обоймы, – деловито сообщил Корзун. – С вашего разрешения возьму себе, в хозяйстве пригодится… Хуго Штерн, штурмбаннфюрер СС… Майор, стало быть, м-да, не густо… Тридцать три года, место рождения – город Дортмунд, последнее место службы – Шестое управление РСХА, а это разведка и контрразведка… В чем проблема, не знаете? – Корзун повернул обиженное лицо. – Почему он явился вместо Трауберга? Может, тот передумал, почуял опасность и вместо себя отправил представителя?
– Да, это основное объяснение случившегося, – вздохнул Ракитин. – Променяли ферзя на пешку…
– Ну, может, не совсем на пешку? – засомневался Корзун. – Все-таки майор из Шестого управления, не какой-то там денщик. А если его послал сам Трауберг, то какими-то сведениями этот Штерн обязан владеть…
– А когда он не вернется, Трауберг все поймет и поменяет планы.
– Вы забыли, товарищ майор, что у нас есть Крейцер?
– Тоже мне лекарство от всех болезней, – отмахнулся Ракитин. – Крейцер всемогущий… Выбора у нас действительно нет, надо брать этого лося. Не возвращаться же с пустыми руками.
