Мы растерянно стояли в этой кутерьме, пока рядом с нами не остановился прыщавый полный молодой человек с приветливыми серыми глазами. От него за милю разило фруктовым шампунем, а телефон, казалось, намертво прилип к его уху.
– Привет, а вы кто? – спросил он. – Я Донни, первый помощник режиссёра.
– Я… – начала Шари, но тут молодой человек щёлкнул пальцами:
– А, ты, наверное, девочка, которая могла бы заменить нашу вторую главную исполнительницу! Пойдём со мной. Так не повезло – вообще-то у нас уже была кандидатура на роль лучшей подруги главной героини Ханны. Но она неудачно упала с лошади. Поэтому мы сначала сняли сцены, в которых играет только главная исполнительница.
Строча как из пулемёта, он лавировал с нами в толчее. И тут мы обнаружили других главных исполнителей – трёх дельфинов! Ими занимался накачанный мужчина с широкой волосатой грудью как у Кинг-Конга и в плавках в зелёно-бело-красную полоску. Ростом он был даже меньше Шари. Рядом с ним стояло ведро с рыбой. Он целиком сосредоточился на дельфинах, которые с выжидательным видом плескались перед ним в воде.
– Это Франческо, наш дрессировщик, – представил его Донни, и тренер обворожительно улыбнулся Шари и Блю. Меня он проигнорировал.
Шари его едва заметила – она смотрела на своих собратьев. Когда мы проходили мимо, она вытянула губы и издала высокий протяжный свист – у меня бы так ни за что не получилось. Дельфины тут же позабыли о тренере и, удивлённо глядя на Шари, попытались подплыть к ней.
– Эй, не отвлекайтесь! Вас ждёт работа, – отчитал их Франческо. – А вы проваливайте – моим животным надо сосредоточиться.
Просто воплощение вежливости. Мы пошли дальше. Я был несказанно рад, что, увидев сородичей, Шари не начала превращаться. Теперь у неё значительно больше опыта, чтобы не допускать подобных казусов.
– Что ты им сказала? – шепнул я ей.
– Да просто поздоровалась и представилась, – пробормотала Шари, – как принято при встрече.
– Губами свистеть неудобно: твой отличительный свист был едва узнаваем, – заметила Блю.
Донни подвёл нас к двум женщинам – сразу видно, что они здесь главные. Одна – крашеная блондинка в неформальной одежде, бейсболке и сандалиях – представилась режиссёром Черил Данмор. Короткая стрижка и угловатое лицо придавали её облику мужские черты. Но, приглядевшись внимательнее, я заметил её полные губы и большие густо подведённые голубые глаза.
– Ты Шари, да? Девочка, которую наш продюсер видел по телевизору? – спросила она мою подругу. – Я тебе сразу скажу: он легко увлекается всем подряд и так же легко об этом забывает. У тебя есть актёрский опыт?
Шари сначала покраснела, потом побледнела:
– Увы, нет.
– Жаль. Некогда нанимать тебе преподавателя.
– Простите, я…
– Черил, четыре девочки, которых выбрала
– Вот краткое содержание фильма и твои реплики для пробной сцены. Прочитай, пожалуйста, всё и выучи свой текст, хорошо?
– А это, кстати, Элоиза – она занимается кастингом, – сообщил нам Донни.
Я почувствовал, что режиссёр начинает терять терпение – наверное, времени у них в обрез.
– А теперь, ребята, отойдите в сторонку: мы приступаем к съёмкам. – Она отвернулась, тут же о нас позабыв.
Донни и ответственная за кастинг тоже удалились. Донни хотя бы улыбнулся на прощание и пожелал Шари удачи.
Мы трое, вздохнув, переглянулись. Пройти отбор будет явно нелегко.
Я наблюдал, как режиссёр подошла к юной актрисе, играющей главную роль:
– Давай быстренько обсудим сцену, Кора.
И тут я вспомнил, откуда знаю эту девочку! Не она ли приходила к нам на день открытых дверей и очень интересовалась акулами, а болотные ученики столкнули её к нам в лагуну? Тогда она произвела на меня приятное впечатление. Может, потом удастся с ней поговорить.
Мы с любопытством склонились над распечатками, которые дали Шари.
