– Лидия Леннокс скоро узнает, что её помощников разоблачили. Мне срочно надо во Флоридский залив.
Вспомнив об угрозе, я содрогнулся.
– Хочешь, сплаваю с тобой и помогу? – предложил я.
Но Шари замялась:
– Лучше я одна. А то мои друзья-дельфины могут испугаться.
Я кивнул. По мне ведь не видно, что у меня золотое сердце.
Шари решила сначала представиться Обществу защиты морских животных, а потом уже дельфином прыгнуть в воду, чтобы предостеречь сородичей.
– От чего предостеречь? – Мы не заметили, что мистер Гарсия, во втором обличье дельфин-афалина, потягивая эспрессо, сидит на террасе столовой в нескольких метрах от нас. А слух у него, как и у других дельфинов в школе, превосходный.
– Ну ладно, давайте расскажем ему о подводной контрабанде, – сказала Блю так тихо, что я едва расслышал.
И мы с мистером Гарсией и мисс Уайт отправились в кабинет мистера Кристалла, рассказали, что произошло прошлой ночью, показали фото посыльного и, замолчав, стали ждать упрёков. Их не последовало, но учителя побледнели – а это гораздо хуже.
– Зашибись, – сказала мисс Уайт. – Теперь проблем не оберёшься.
– Боюсь, что да, – серьёзно кивнул мистер Кристалл. – Блю, мне очень жаль, что тебе пришлось такое пережить. Мы что-нибудь придумаем, обещаю.
– Шари, давай отправимся вместе на «Зодиаке» во Флоридский залив и поговорим там с оборотнями и людьми, которые могут помочь в случае чего, – предложил мистер Гарсия и тут же взялся за телефон.
– А что с теми файлами, которые вы скопировали? – спросила мисс Уайт. – Вдруг среди них найдётся что-то, что можно использовать против Леннокс. Давайте-ка их сюда!
Мистер Гарсия кивнул:
– Я немедленно перешлю файлы Совету – может, специалистам удастся их взломать.
– Конечно, сейчас принесу ноутбук! – И Ной убежал в свою хижину.
Немного погодя мы стояли у школьного причала, а Шари с нашим учителем превращений забрались в надувную лодку «Зодиак» и запустили подвесной мотор.
– Пока! – Шари, помахав мне, заправила за ухо светлую прядь, которая от ветра падала ей на лицо.
– Будьте осторожны. – Я помахал ей в ответ.
Сегодня съёмки отменили – все были слишком взбудоражены.
Мы с Джаспером, сидя на мостках, обсуждали случившееся, когда к нам приблизился худенький паренёк с волосами, выкрашенными в платиновый блонд, уложенными в панковские шипы и зафиксированными гелем. Ральф. Кутаясь в любимую серо-голубую толстовку с капюшоном, он шаркающей походкой подошёл к нам, и я кивком пригласил его сесть рядом.
– Зря я это сделал, чуваки, – наконец проговорил он.
– Ты понимал, что это нехорошо? – спросил Джаспер.
– Ещё бы, бро, – кивнул Ральф. – Я погнался за деньгами. Уже год коплю на микшерный пульт
– Понимаю, – сказал я. Не исключено, что я и сам поддался бы на уговоры Леннокс, не будь она мне так ненавистна.
В тот вечер мы с Ральфом и Джаспером ещё долго сидели на мостках, кидая в воду камешки, пока кто-то не выбежал к нам на улицу и не позвал:
– Эй, ребята, идите скорее – по телевизору Шари выступает!
И действительно – у Шари брали интервью в прямом эфире: репортаж снимали с лодки во Флоридском заливе. Внизу экрана появилась плашка с подписью «Шари Сиборн, ученица школы «Голубой риф».
Ветер трепал озарённые солнцем светлые локоны Шари – она нетерпеливо отбросила их назад. Её милое лицо выражало решимость.
– …было бы здорово, если бы люди использовали как можно меньше пластика: загрязнение морей – большая проблема! – проговорила Шари в протянутый журналистом микрофон.
– Вы особенно активно выступаете в защиту дельфинов, – сказал репортёр. – Что для этого нужно предпринять?
– Афалины легко приспосабливаются, но во Флориде становится всё больше лодок и кораблей – шум под водой нам… э… то есть им очень мешает, – объяснила Шари. – Двигайтесь на маленькой скорости, люди, чтобы не ранить пропеллером морских млекопитающих. И пожалуйста, не приставайте к дельфинам: если они захотят, то сами к вам подплывут.
Жаль, я застал только конец интервью. Корреспондент поблагодарил Шари, а потом начался репортаж об открытии нового торгового центра на юге Майами.
– Шари молодчина! – Ной и Блю, сияя, дали друг другу пять.
– Ещё какая! – Я тут же затосковал по своей подруге.
– Дейзи бы тоже понравилось, что Шари сказала о вреде пластика, – заметила Финни, погрустнев.
– Да уж, это точно. – Я тоже расстроился, вспомнив о Дейзи Кусто, славной девочке-пеликане из обычной школы. Мы о ней ничего больше не слышали, но я догадывался, как ей сейчас паршиво. Она знает, что может летать… но из-за родителей, которым это совершенно невдомёк, прикована к инвалидному креслу.
Вообще-то мне нужно было учить математику. Но я так соскучился по Шари, что взял учебные материалы с собой на причал и просматривал их, ожидая её возвращения. Дул холодный ветер, и я сходил за свитером.
«Зодиака» пока не было видно. Ко мне подошёл Джек Кристалл:
– Скажешь Шари, чтобы зашла ко мне в кабинет, когда вернётся?
– Зачем? – Волоски у меня на шее стали дыбом. – Неужели она…
