Но внезапно он прижимает меня к стене. Прямо как тогда, у него дома. Он нарочно делает всё так же, как тогда?
Мужчина больше ничего не говорит, а только смотрит. Внимательно так. Изучает.
- Ты доверяешь мне? - спрашивает он.
Быть может, мне кажется... я придумываю себе... Но, вдруг и правда в его сердце что-то изменилось?
Моя слабая воля отчаянно цепляется за эту мысль. Как утопающие пассажиры Титаника за обломки дерева в ледяной воде. Кажется, что вот сейчас я смогу, наконец, понять и вынырнуть в спасительное тепло из сковывающего безумия последних недель.
Корабль моей жизни тоже столкнулся с Костиным льдом абсолютно случайно. Как и бывает обычно при ужасных трагедиях, никто ничего плохого не хотел. Просто так вышло. Но по роковой случайности, кто-то в итоге всегда оказывается пострадавшим.
До того, как Костя пришёл ко мне сегодня, я думала, что пострадавшая тут только я.
Но что если... что если и сам айсберг начал таять?
Робкий ангел дрожит в моих руках.
Невыносимо думать, что это я довёл её до такого состояния. Вздрагивает от прикосновений. Хотя хочется думать, что она не только от страха дрожит.
Что именно меня в ней так заводит? Надо разобраться. Ведь я не могу и дальше продолжать себя обманывать. Понимаю, что явился к ней сегодня вовсе не из благородных мотивов, в которых так отчаянно пытаюсь убедить её, да и себя тоже.
Как какой-то стрёмный сталкер я поджидал возле дома, пока уйдёт её мать, вместо того, чтобы поехать на работу. Отменил пациентов. И всё ради чего? Ради того, чтобы «проработать» её травмирующий опыт? Господи, Костя, да кто в это поверит? Это твоя худшая ложь!
Хотя, для девятнадцатилетней девчонки, вроде, прокатывает. Она ведётся. Быть может, просто хочет быть обманутой?
Сжимаю в руках сладкое юное тело. Не могу отделаться от грёбанного эго, которое требует всё большей подпитки. Рядом с ней я чувствую себя чуть ли не богом. Это слепое обожание, в котором я купался последние две недели ужасно подкупает.
Я и сам не знаю, зачем мне всё это. Долбанные сложности с неопытной малышкой. Я бы мог заполучить практически любую женщину при должном старании. Однако последние две недели мне хочется лишь одного: заполучить её. Снова.
Это идиотское, совершенно иррациональное влечение заставляет меня придумывать всё новые уловки для нашей встречи. Чёрт. Теперь я даже самому себе кажусь омерзительным. Вешаю лапшу на её юные уши, всё больше запутывая малышку.
Хотя, если вдуматься, я не обещаю ей любви до гроба. Просто приятное совместное времяпрепровождение. Ведь пару дней назад, она сама отчаянно предлагала мне именно это. Секс без обязательств?
В любом случае не хочу больше врать себе. Пытаюсь разобраться в том, что чувствую сейчас. Изучаю её лицо, будто в его загадочной невинности скрыты все ответы.
Милая девочка.
Сперва она казалась мне слишком простой. Но вскоре я понял, что ошибся. Малышка без жизненного опыта так остро воспринимает действительность, что выплёскивает накопленные переживания на бумагу. Её персонажи живые. Они будто старые знакомые, которые при каждой встрече удивляют тебя чем-то новым.
Мне нравится её талант. Добавляет изюминку образу.
Кожа у неё мягкая. Ласкаю пальцами нежный бархат.
Слегка вдавливаю её в стену позади.
В этот раз мне хочется сделать всё правильно, а не так, как тогда. Я был пьян и будто с катушек слетел из-за её выкрутасов. Но сейчас... сейчас всё будет по-другому.
Зарываюсь лицом в её волосы. Они забраны в высокий пучок. Прекрасная шея открыта для поцелуев. Изящная такая. Тоненькая. Я бы, наверное, смог бы её ладонью одной руки обхватить и сжать... Но не буду. Пока.
Она что-то там шепчет, но я уже не слушаю. В ушах стучит сердце.
Беру в ладони её лицо. Аккуратно, будто голубку держу. Не хочу спугнуть раньше времени.
Мне очень хочется, чтобы она доверилась мне. Хотя и понимаю, что я совсем этого не заслуживаю.
Прикасаюсь губами к ложбинке между ключиц. Малышка пугается и пытается вырваться. Но я не пускаю.
- Это такое лечение, Ксюша, - шепчу ощущая, что вновь теряю контроль. - Тебе так будет лучше.
Боже! Что я творю! Просто сумасшедший доктор. Нужно отпустить её. Она, вроде бы, об этом меня и просит. Шепчет что-то нервное в ухо. Но я, чёрт возьми, просто не могу оставить всё как есть!
Накрываю её губы своими. Она впивается мне в шею ногтями. У котёнка тоже есть коготки? Ну-ну.
Ксюша, вроде бы, и сопротивляется, но, когда я провожу ладонью по груди и слегка сминаю её мягкость, девчонка выгибается в спине мне навстречу. Её тело тоже хочет меня. Просто мозг всё ещё продолжает сопротивление. Надо бы его отключить.
Сосочки у девчонки твердеют от моих прикосновений. Стараюсь быть нежнее, но это выходит с трудом. Блядь. Ведь пришёл ей дать удовольствие, а в итоге... Будто мороженное облизываю и всё никак не могу насытиться. Сладостью.
Задираю маечку и целую острые вишенки. Слегка прикусываю по очереди. Детка сперва упирается руками мне в плечи, а потом протяжно стонет. И вдруг, будто испугавшись собственного желания, снова начинает:
- Не надо, Костя, прошу...
