Половое развитие девочки обычное: менструации с 14 лет, регулярные необильные, немного болезненные длятся 4 – 5 дней. Психосексуальное развитие с заметным опозданием: стремление к платоническим и более того к эротическим контактам отсутствовало до 20 лет, так как, будучи домашним ребёнком, девочка была надёжно ограждена от «ненужной информации» улицы. До самого замужества не возникало никаких желаний к сексуальным контактам, а попыток начать половую жизнь просто из любопытства девушка не искала. Мастурбацию отрицает. Сообщает, что крайне редко бывают сновидения эротической направленности, но оргазма никогда не испытывала.
После окончания средней школы по настоянию родителей поступила в местный педагогический университет. А так как особых пристрастий к каким – либо конкретным дисциплинам девочка не обнаружила, то и рекомендации родителей о выборе ВУЗа не вызвали никаких возражений. В студенческие годы по – прежнему оставалась домоседкой и лишь на последних курсах иногда вечером по инициативе однокурсниц посещала дискотеку или бар. Алкоголь употребляла редко и мало, старалась обходиться бокалом шампанского, пила больше «из приличия, за компанию». Не курит.
В возрасте 22 лет, когда она заканчивала последний курс университета, её подруга пригласила в ближайшее летнее кафе. Девушки сидели вдвоём в баре, «болтали и пили лёгкий коктейль». К ним за столик подсел более старший парень, которого наша пациентка раньше видела на семейных торжествах и знала, как «товарища двоюродного брата». Уже темнело. Тот предложил развести студенток по домам и посадил их на заднее сидение трёхдверной модели автомашины «Жигули». По пути к ним подсел «ещё один друг» и, несмотря на отчаянные протесты студенток, их повезли за город. В виду отсутствия задних дверей у автомашины данной модели, девушки оказались «как в ловушке». В километрах 15 от города машина остановилась рядом «с какой – то грязной забегаловкой». Студенток привели в это местное кафе и «чуть ли не силой заставили выпить по стакану водки». Вскоре к ним подошли двое пьяных парней и силой усадили подругу нашей пациентки в другую машину и увезли в неизвестном направлении. Вернулись они только через два часа. Лицо её подруги было «сплошным синяком», одежда порвана. Её выволокли из машины, и она стояла рядом «с каким – то отрешённым видом, она даже не могла плакать». Обоих заставили выпить ещё водки. Через полчаса приехала ещё одна машина. Из неё вышли четверо пьяных мужчин. Один из них указал на нашу пациентку пальцем и нагло заявил: «Эта будет моя!» и неожиданно ударом ноги сбил девушку с ног. Она упала в придорожную пыль. Но к счастью вмешался «товарищ брата», который до этого был почти посторонним наблюдателем. Это была одна компания, все друг друга знали и поэтому девушку не тронули. Зато её подругу повторно «затолкали» в машину и увезли. Её всю избитую и истерзанную привезли только около шести часов утра, вытолкнули из машины и пригрозили: «Заявишь – убьём!». Всё тот же «товарищ брата» развёз запуганных студенток по домам.
На протяжении всей этой жуткой ночи наша пациентка уже сомневалась, что их оставят в живых, но, к её удивлению, она «даже осталась девственницей». Вторая же подруга была так запугана, что никаких заявлений в правоохранительные органы не подавала, и, как предполагает наша пациентка, заподозрила её «в соучастии» в этом гнусном деле. С тех пор они почти не виделись. Но после этого случая у нашей пациентки «развилась депрессия»: она боялась выходить на улицу, особенно в вечернее время, в основном лежала в постели и почти ни с кем не общалась. Девушка чувствовала «свою вину» перед «опозоренной» подругой, вину в том, что её «тоже не изнасиловали». Лишь через год эти явления постепенно стали стихать.
В возрасте 24 лет наша пациентка вышла замуж, и с этого времени она впервые имела половую близость. Это не был брак по любви. На замужестве настояли родные, характеризуя будущего мужа, как человека порядочного, предприимчивого и состоятельного. Хотя ни по внешним данным (как «сморчок»), ни по душевным качествам («эгоист, признающий только своё мнение») он невесте не понравился. Новобрачная смирилась с этим, и жизнь понемногу стала налаживаться. Через год родилась дочь, благодаря мужу финансовых проблем в семье не было.
Отношения в семье нельзя назвать безоблачными. Супруг – владелец магазина и нескольких кафе – всё реже появлялся дома. И, хотя сексуальные контакты с мужем были в тягость нашей пациентке, она это терпела – знала муж «хочет наследника». Но вместо «наследника» муж принёс в семью целый букет венерических заболеваний, от которых пришлось лечиться более двух месяцев. С этого времени отношение к мужу стало резко отрицательным: он вызывал только брезгливость и отвращение. За последние полтора года женщина дважды имела беременности, закончившиеся выкидышами. Обследовалась у местных корифеев – гинекологов; никакой патологии в женской сфере не выявлено.
