Невозможность реализации бессознательного влечения формируют скрытый комплекс, что можно наблюдать в различных проявлениях и, прежде всего, в эмоционально – поведенческой сфере. Отсюда – вывод: индивидуальное человеческое развитие направляется всякого рода комплексами. Психоаналитическая терапия направлена на распознавание внутрипсихических конфликтов, коренящихся в области бессознательного. Её методика строится на принципе воздержания от оценки реальности упомянутых ситуаций. Влияние внешних факторов не отрицается, однако, их воздействие оценивается по тому резонансу, который они находят в индивидуальной психике. В процессе лечения пациент воссоздаёт возникающие у него конфликты, а интерпретация его реакции даёт ему возможность осознать психогенную причину заболевания. Поэтому при осознании и оценке реакция психоаналитика должна носить нейтральный характер. Врач может нарушать своё молчание в беседе с пациентом только давая возможно более «объективное» толкование, поскольку является лишь реципиентом, своего рода «зеркалом», отражающим бессознательное значение сознательной речи пациента.
В дальнейшем лечении задача психоаналитика становится более сложной, поскольку он должен учитывать различные обнаруживаемые им психические процессы. Психоанализ имеет дело не с симптомами, а с целостной областью бессознательного данного индивида, психический аппарат которого состоит их противоборствующих сил. Теория психоанализа подразумевает конкретную методику и подход, вытекающие из научной модели, характерной для естествознания и других экспериментальных наук. Цель заключается в том, чтобы вскрыть истинные причины, основные влечения и расшифровать первоначальную бессознательную идею, выраженную в искажённом виде, благодаря цензуре сознательного мышления. Однако следует признать, что психологические эксперименты, направленные на подтверждение этих теорий, не всегда находят своё прямое отражение в практической работе. Здесь никогда не бывает какой – то абсолютной истины, и задачей психотерапевта становится: вовремя отличить «зёрна от плевел».
За последние сорок лет принцип активного вмешательства постепенно возвращается в психоанализ и начинает играть ведущую роль во всей психотерапевтической методике. Эта перемена объясняется различными причинами. Во – первых, сфера действия психоанализа, ограниченная ранее исследованием и лечением неврозов, расширилась включив другие, более серьёзные виды патологических состояний. В связи с этим возникла необходимость пересмотреть теоретические концепции и создать иные новые формы терапии. Это повлекло за собой возможность найти новые объяснения и методы и, прежде всего, позволило выработать новый подход. Выясняется, что необходимо учитывать те события более ранних этапов жизни пациента, которые обусловили его среду и породили те или иные конкретные проблемы. Человек не может стать невротиком, если в первые годы жизни не испытывал серьёзных травм, которые препятствуют развитию устойчивой психической организации. В других случаях человек не в состоянии осознать свои внутренние конфликты, которые могли быть не слишком явными. В данной ситуации его организация оказывается слишком хрупкой. Помимо этого, на течение психической патологии влияют и социальные изменения, определяющие её форму и характер. Расширение сферы действия психоанализа и всё большее понимание природы неврозов привели к развитию других, дополнительных моделей, позволивших более глубоко проникнуть в сущность известных патологических влечений, включая нарциссизм и идентификацию. Углубление теоретических знаний породило более сложный подход к клинике и терапии различных болезненных состояний. Признание важности реального в психических процессах заставляет учитывать межличностные отношения, как в детском возрасте, так и в процессе аналитической терапии. Развитие этого подхода способствуют наблюдения над детьми в младенческом возрасте. Наряду с этим отмечаются и перемены эпистемологического характера. Становится ясным, что наблюдатель влияет на характер наблюдения и, что его нейтралитет – это миф. Молчание – само по себе есть форма вмешательства, и аналитик перестаёт быть нейтральным реципиентом, поскольку его личность играет не меньшую роль, чем его способность активно сопереживать пациенту. В момент, когда бессознательная реальность всплывает «на поверхность», её следует рассматривать не как объективную данность, а скорее как упрощённую версию или некую точку зрения.
