Напротив, людям в таких ситуациях нужно обсуждать их разочарования, беспокойства и самокритику. Если двое сходятся на том, что условия обоих партнеров имеют право на существование, они могут начать выстраивать стратегию, как им заниматься любовью так, чтобы оба были довольны: скажем, они могут по очереди выполнять условия друг друга. Или они могут начать по-новому интерпретировать свои условия. Например, если это вопрос приватности, то можно включать музыку или использовать повязку на глаза, чтобы добиться ощущения сексуального уединения или изоляции.
Также, если вы беспокоитесь о том, что ваше тело недостаточно чистое для того, чтобы заниматься любовью, вам может помочь разговор с партнером о том, как он или она на самом деле относится к вашим запахам. А если партнер будет мягко проводить по вашим гениталиям влажным полотенцем, это может удовлетворять вашу потребность в чистоте и при этом возбуждать, а не, как обычно, сбивать с настроя.
Хотя Симус жил в Соединенных Штатах уже более десяти лет, для меня он звучал как актер, только что явившийся со съемочной площадки «
– Да, – улыбнулся он, – чувствуется небольшой провинциальный акцент, не правда ли?
Брак, карьера, дети и дом Симуса были здесь, в Калифорнии. Его родители, сестры, друзья и любимая еда остались в Дублине. Он разрывался на части, пытаясь оставаться верным обеим своим жизням. Как говорила моя бабушка-еврейка, он пытался «танцевать одной задницей на двух свадьбах» (звучит гораздо лучше, если говорить не «задница», а «тухес»).
У него не очень хорошо получалось справляться с этим конфликтом.
Одно время он ездил в Ирландию три-четыре раза в год, при этом неизбежно ссорясь с женой Кэтрин по поводу того, что он тратит на эти поездки деньги из семейного бюджета. С другой стороны, когда он проводил каникулы с детьми в Калифорнии, его мать вздыхала, отец хмурился, сестры жаловались, и он чувствовал себя ужасно.
Так что Симус, одной ногой в Ирландии, другой – с детьми в Калифорнии, все больше расстраивался. Кэтрин пыталась ему помочь, но тщетно. Дети требовали все больше внимания, и это усугубляло проблему. Жена тоже хотела внимания, что тоже не особо помогало. Со временем он все больше терял интерес к сексу, и как раз поэтому она настояла на его визите ко мне.
Он рассказал мне, что чувствует, будто разрывается на две части, с уверенностью обвиняя Кэтрин в том, что она на него «давит». Я предположил, что легче обижаться на кого-то, кто находится в пяти метрах от тебя, чем на тех, кто живет за тысячи миль отсюда.
– А еще, возможно, проще винить Кэтрин, чем чувствовать беспомощность и вину, – мягко добавил я.
– Вы не понимаете, – сказал он, мотая головой. – Она набрала несколько килограммов после рождения детей. Дома все время бардак – она говорит, что лучше порисует или попоет вместе с детьми, чем скажет им навести порядок в своей комнате. А еще она ненавидит готовить. Она либо просит меня купить что-нибудь по дороге домой, либо у нас на ужин случаются какие-то странные сочетания продуктов.
– Это все тоже влияет, – решительно сказал он. – Кому захочется секса, когда вокруг хаос?
Наверное, именно так он себя и чувствовал – что все вышло из-под контроля.
А его родительский дом в Ирландии?
– Эх, родные места, – его лицо горело.
Вот как он обрисовал ситуацию:
– Дом моего отца, – вспоминал он, покачиваясь. – Все организованно, все крутится вокруг него. Ужин, когда он приходит домой. Тишина, когда он читает газету. Дети отвечают, когда он к ним обращается. Жена говорит: «Да, дорогой», когда он ворчит. Никаких ссор, никаких претензий от жены, что «между ними уже не та связь, что была раньше».
– А еще, – добавил он, – не могу представить, чтобы моя мама жаловалась, что у них недостаточно часто случается секс!
Нет, Кэтрин не была похожа на его маму, и дом Симуса в Калифорнии не был похож на отцовский. Он был грязный, шумный, полный жизни. И в нем была жена, которая редко говорила: «Да, дорогой», даже если он был чем-то недоволен.
Поговорим о временах, когда они еще только встречались?
– Она была самой яркой женщиной, которую я когда-либо встречал, – вспоминал он. – Я был очарован.
Она все еще была яркой. Но, по мере того как она взрослела и на ее плечи ложились семейные и домашние обязанности, она становилась более независимой. И Симусу трудно было справиться с этим. И с его домом. И с его разрывающимся сердцем.
