В школа мальчика встретили с теплотой и любовью. Он обрёл семью, которой никогда не имел. Тени, учившиеся с ним, стали ему братьями. Наставник – названным отцом. Они играли в бликах школы и убегали друг от друга по теням. Со временем Даритейн стал самым лучшим учеником. Его таланты уступали способностям старших учеников и наставников только в физической силе. Он мог спокойно углубляться в тени так далеко, как никто до этого не делал. Для переходов по пути тени Даритейн использовал любую тень, даже не видимую взглядом для других.
Слухи о его уникальных способностях просочились за стены школы. И соседние королевства вновь зашевелились. Они стали бояться, что мальчик, став воином, вернётся из школы и отомстит им. План убить Даритейна созревал долго и тщательно и, возможно, никогда не воплотился бы, если не вмешательство со стороны.
Правитель четвёртого мира, главный враг кайбонцев, отправлял попрактиковаться в школу своих первоклассных убийц. Пока маги их не создали, никто не смел нападать на Кайбон, так как его воины были непобедимы. Но забирающим жизнь было всё равно кого убивать.
Так сложилось, что пираты, специально нанятые для устранения Даритейна, и отряд забирающих жизнь одновременно напали на школу во время общих тренировок, когда все ученики собрались во дворе.
Завязалась драка. Противостоять обученным убийцам и пиратам в школе могли только наставники и ученики постарше. Даритейн со своими братьями помогал малышам укрыться в безопасном месте. Но с каждым возвращением во двор он видел, что защитников становилось всё меньше. А его соученики, те, кто стал для него семьёй, гибли. Он хотел всех спасти, но не мог. И тогда случилось невероятное. Невидимая сила раскидала всех вокруг. Забирающие жизнь, пираты и тени в недоумении поднимались с земли, но тут же их тела начинали разрушаться и превращаться в пыль. В центре этого страшного и завораживающего зрелища стоял Даритейн. Всё бы закончилось совсем печально, если бы во дворе не появился Владыка, который забрал мальчишку с собой.
Даритейна перенесли во дворец правителя. Он стоял в огромном белом зале, где на троне сидел правитель пяти миров, скрытый под чёрным балахоном.
– Сейчас ты в зале приёмов, – начал разговор Владыка. – Он специально построен для всех важных и не очень приёмов жителей или послов других миров. А там – зал аудиенций, – махнул правитель рукой куда-то в сторону. – Для встреч, на которых присутствует не больше пяти теней.
Даритейну было неинтересно слушать Владыку. Он плакал, его разрывала боль от потери семьи.
– Правильно, что ты плачешь, – продолжил Владыка. – Оставшихся в живых учеников осталось не так много. Кого не успели убить нападающие, уничтожил ты. Из твоих собратьев остался только один ученик, по счастливой случайности находившийся в другом месте в это время. Как ты знаешь, потеря молодых учеников Тени надолго ослабит нашу оборону. А обучение новых защитников занимает десятилетия. В Кайбоне наступил момент, в котором не будет воинов, способных занять места тех, кто скоро уйдёт на покой.
Даритейн, выслушав речь Владыки, взял себя руки, вытер слёзы и спросил:
– Зачем меня сюда привели?
– Ты мой сын и наследник, – ответил Владыка.
Даритейн застыл в удивлении. В его голове метались вопросы: «Как? Почему? И что теперь будет?»
– Мои родители погибли, – с вызовом ответил он.
Дедушка всегда считал внука невоспитанным и дерзким ребенком. Даритейн не следовал традициям и не был учтив со взрослыми. И сейчас он нагрубил Владыке. Новоявленный отец не отреагировал на дерзость и продолжил:
– Я думал, что в тебе нет сил, поэтому оставил тебя выживать самостоятельно, – Владыка подошёл к ошеломлённому сыну, сжал его плечо и проговорил. – Теперь ты наследник трона Кайбона, с этого дня живёшь во дворце и учишься управлять своей силой под моим руководством.
Даритейн не видел никого из кайбонцев, кроме слуг, что кормили и одевали его. Согласно традициям, наследник должен быть представлен теням на дне совместной трапезы, которая проводилась раз в год. И если тени принимали наследника, то он становился правителем. А до этого дня тот жил словно узник в белом дворце. Для мальчика он казался огромным. Общая часть делилась на залы. В них мог сидеть только правитель, всем остальным полагалось стоять, поэтому мебели не было. Исключением был трапезная, открывавшая свои двери раз в год. В ней стояли столы и стулья для всех присутствующих. Личные комнаты правителя располагались уединённо – в отдельном здании, расположенном в самом центре сада. В них также было мало мебели, но в тоже время всё выглядело роскошно.
