Семь безликих святых полностью

– Думаешь, мой крохотный ножик помог бы нам в схватке с дюжиной офицеров?

Насим, откашлявшись, прервала их спор:

– Вообще-то, именно я спасаю вас. Разве не я должна отдавать приказы?

– Хорошо. – Роз в притворной обиде скрестила руки на груди. – И что ты предлагаешь?

Уголки губ Насим дрогнули в легкой улыбке.

– Поскольку у меня пистолет, я пойду первой.

Роз усмехнулась, однако внутренне испытала облегчение. Теперь подруга больше походила на знакомую ей Насим. Она уже открыла рот, намереваясь отпустить какую-нибудь остроумную реплику, но не успела.

Потому что в эту самую секунду уже второй раз за ночь в Палаццо прогремел выстрел.

В конечном счете Дамиан забрал пистолет у Насим, поскольку лучше стрелял.

Затем он на цыпочках двинулся по коридору – Насим и Роз шли следом за ним – а, когда стало ясно, что во дворце никого нет, перешел на бег. По его предположениям, звук выстрела исходил от входа в Палаццо: судя по эху, стреляли в огромном пространстве.

И действительно, как только Дамиан, скользя по мраморному полу, завернул за угол, перед ним предстали две знакомые фигуры.

У главного входа в Палаццо, в обрамлении арки, стоял главный магистрат Форте, его седые волосы серебрились в лунном свете, льющемся через потолок.

Он с пистолетом в руке возвышался над телом Баттисты Вентури.

– Святые, – выдохнула Роз из-за плеча Дамиана, но тот даже не услышал ее. Вокруг него все замедлилось, пока он пытался осмыслить увиденную картину. На мгновение не осталось ничего, кроме багрового пятна, растекающегося на полу, и тишины в его голове. Выстрел был точным, прямо в голову.

Баттиста всегда обладал внушительной, пугающей внешностью. Однако теперь он представлял собой не более чем оболочку. Никчемное существо в теле человека, которого Дамиан когда-то знал и любил. Да, он любил отца, даже когда эта любовь причиняла боль.

Не стало последнего члена его семьи. А вместе с ним – возможности наладить отношения, он лишился ее за долю секунды. Их последний разговор был ужасен, и Дамиану этого не исправить. Никогда не узнать, можно ли было что-то спасти.

Он с дрожью в теле поднял глаза и направил пистолет в лицо главному магистрату. «Почему? – должен был он задать вопрос. – Почему ты это сделал?»

А вместо этого произнес:

– Ты был мертв. Я видел тебя.

Дамиан был уверен, что тело из Святилища – иллюзия, но теперь его уверенность пошатнулась. Стоявший перед ним человек выглядел… странно. Когда Форте улыбнулся, его губы растянулись как-то неестественно: чересчур медленно, чересчур демонстративно. В глазах при этом бушевало безумие – Дамиан никогда не видел, чтобы они так ярко светились.

– Ах, синьор Вентури младший. Попался. – Он даже не пытался направить на них пистолет. И это больше всего насторожило Дамиана.

– Брось оружие, – потребовал он, не позволяя голосу дрогнуть.

Форте улыбнулся шире. Затем еще, пока его лицо, потеряв человеческий облик, не превратилось в отвратительную, гогочущую маску. Уголки рта разошлись в стороны, словно туго натянутое дешевое полотно. Тело забилось в конвульсиях, пистолет выпал из руки и ударился о мраморный пол. Глаза остекленели, закатились назад, а потом выскочили из глазниц и повисли на щеках. Кровь, стекая темными сгустками, смешивалась с багровой жидкостью на полу. Форте на глазах у Дамиана скинул кожу, как плохо сидящий костюм.

Насим вскрикнула, и даже Роз тихонько завыла. Дамиан сглотнул подступившую к горлу желчь, хотя знал, что это иллюзия. Наверняка она.

Потому что затем из этой груды плоти и костей изящно вышел кое-кто другой. Кое-кто хорошо знакомый.

– Нет. – Дамиану стало трудно дышать, думать, чувствовать. – Нет, нет. Это не можешь быть ты.

Стоявшая сбоку от него Роз приняла боевую стойку, на ее лице отражалась смесь ужаса и замешательства. Насим застыла с вытянутой в сторону Роз рукой, как будто остановилась на полпути к ней.

– Отчего же, Дамиан? – поинтересовался Энцо спокойным тоном. – Почему это не могу быть я?

Внезапно он стал другим: голос сделался сильнее, поза – увереннее. У Дамиана на глазах лицо Энцо заострилось, тело увеличилось в размерах. Вскоре он уже выглядел красивее и на несколько лет старше, чем обычно казался. Все происходящее не поддавалось логике. Это не могло… не могло…

– Ты – последователь Хаоса. – Резкий голос Роз помог Дамиану сохранить рассудок. – Не так ли?

Энцо наградил ее испепеляющим взглядом.

– Возможно, Первая война святых и уничтожила нас, но это не значит, что мы не можем вернуться. Знаешь ли ты, каково это – остаться единственным в своем роде? Скрываться, бороться со знанием того, что твоя магия делает тебя врагом? – Он провел языком по верхним зубам. – Омбразия, как одержимый властью город, естественно, боится ее.

Дамиан похолодел. Его разум никак не мог осознать до конца, что Роз была права. Все истории ошибочны. Иначе, будь они правдой, Энцо не стоял бы сейчас перед ним.

– И что это значит? Хаос вернулся? Или он с самого начала не пал?