Следуя за ним, Алена зачем-то украдкой скользнула взглядом по линии его плеч, уловила движение лопаток под тканью рубашки, понаблюдала за движением его руки при ходьбе, заметила на запястье большие часы с металлическим браслетом — каждая деталька вспыхивала на солнце серебристыми бликами. Алена поймала себя на том, что засмотрелась на Егора, и эта мысль внезапно привела ее в волнение. Алене это совсем не понравилось, она нахмурилась и тряхнула головой, заставляя себя отвести взгляд от его спины, и игнорируя тот факт, что взгляд самовольно тянется обратно.
В кафе было достаточно людно, но свободных столиков хватало. Почти сразу, как они вошли, Алена краем глаза заметила движение справа и машинально повернула голову: из-за столика возле окна им — точнее Егору — махала и улыбалась какая-то женщина, видимо, это и была клиентка, с которой он должен был встретиться.
— Закажи, что хочешь, я заплачу, — сказал Егор и добавил, словно на всякий случай: — Можешь сесть за любой свободный столик и подождать меня.
Наблюдая, как он направляется к ожидающей его женщине, Алена обиженно искривила губы. Это что было? Намекнул, чтобы она не вздумала подсаживаться к ним? Он ее за дуру принимает? Считает, что она без его уточнений не догадается?
Алена выдохнула: да ну его к черту — и направилась к прилавку. За стеклом витрины красовались пирожные самых разнообразных видов. Даже если Алена не собиралась заказывать пирожное, она все равно застряла возле витрины, рассматривая их. Каждое как будто разговаривало с ней: «Съешь меня, ну же, я очень вкусное». А вот это, круглое, с листочками из крема цвета карамели, апельсиновыми дольками в желе и с вишенкой в центре выглядело особенно соблазнительно, но к его шепоту Алена прислушиваться не стала. Не то чтобы она соблюдала диету или пирожное было слишком дорогое, но почему-то именно сейчас Алене не хотелось потакать своим желаниям. В итоге она взяла апельсиновый сок, кекс с изюмом, заплатила и направилась к свободному столику у окна.
Попивая сок, Алена наблюдала за Егором и его собеседницей. Даме было лет сорок, но выглядела она эффектно — чем-то напоминала Альму. Не чертами лица и не фигурой, нет — скорее, особым шармом. Стильная, ухоженная. Так и хотелось сказать — дорогая женщина. Прическа, макияж, маникюр, костюм — все в идеальной гармонии.
Прямо перед ней лежала раскрытая папка. Видимо, с фотографиями работ Славы. Женщина рассматривала их с вежливым интересом. А вот на Егора она то и дело поглядывала с интересом уже вполне искренним и многозначительным.
«Осторожнее, братик, — подумала Алена, откусывая от кекса и запивая его соком, — смотри, как тетенька на тебя облизывается, сейчас съест, как волк Красную Шапочку».
Дама будто невзначай коснулась кончиками пальцев лежащей на столе руки Егора. Алена остановила взгляд на ее ногтях: красный лак с каким-то узором с одной стороны. Даже если Алена не могла рассмотреть получше, она все равно видела, что руки женщины смотрятся весьма привлекательно. Даже… сексуально?
«Ой-ой-ой, братик, с тобой флиртуют», — опять мысленно прокомментировала Алена.
Заняться ей в ожидании все равно было нечем, оставалось только одно развлечение — наблюдать.
Дама указала на одно фото, склонила голову набок, устремив на Егора взгляд из-под ресниц, улыбнулась. Она что-то сказала, и, Алена даже не сомневалась, что касалось это Славиных работ, но ее откровенно заигрывающий взгляд говорил явно о других вещах. Каково же было удивление Алены, когда Егор внезапно улыбнулся в ответ.
Алена в первый момент застыла. Это что? Улыбка? Определенно улыбка. Да еще какая… Егор выглядел, как то пирожное, на которое Алена только что заглядывалась. Ну, то самое, которое, как будто нашептывало ей: «Съешь меня». Прямо не Егор, а Артур номер два.
«Какие мы лапочки, — мысленно иронизировала Алена и почему-то злилась. — Она ему в мамочки годится, а он ей глазки строит».
Понаблюдав еще немного, Алена с обидой подумала:
«Надо же, он, оказывается, умеет быть милым и обаятельным. А со мной всегда грубый и злой. Когда я рядом, он выглядит так, как будто скорее сделает себе харакири, чем улыбнется мне».
За все время, что Алена знала Егора, она ни разу не видела его улыбающимся. Грешным делом даже подумала, что он вообще улыбаться не умеет. Вот такой по натуре: хмурый, холодный и всегда недовольный. А оказывается, ничего подобного. Все он умеет. Вы только посмотрите, какая улыбка. На фоне этой улыбки даже самые красивые мужчины семейства Каффа проигрывают: Артур тихо завидует, златовласка вообще отдыхает.
Когда через десять минут они сели в машину и выехали на главную улицу, Алена поинтересовалась:
— Эта женщина, случайно, не владелица бутика через дорогу от кафе?
Егор хмыкнул.
— Как ты угадала? У нее еще один есть — в центре города. Мама часто одевается в ее магазинах.
